— Вы разговаривали с ее родителями или другими родственниками?

— Она родом из Стокгольма. Ее родители и брат с сестрой живут там. Но они почти никогда не звонят друг другу, у них не самые лучшие отношения. В смысле — у Фриды с ее родителями. Поэтому мне и не пришло в голову к ним обратиться. Сестре я не стал звонить, чтобы зря не волновать.

— А где ваши родители?

— Они живут в Слите. Приезжали пару часов назад и увезли детей.

— Как давно вы здесь живете?

— Всего год. Раньше мы жили в Стокгольме. Переехали сюда прошлым летом. Я родился и вырос на Готланде, у меня здесь вся родня.

— В каком настроении была Фрида, когда уходила из дому?

— Как обычно. Радостная, возбужденная. Разоделась в пух и прах. Она так рада, что познакомилась с этими девушками. Ну и я, конечно же, рад этому. Переезд сюда дался ей нелегко.

— Понимаю. Извините за нескромный вопрос, но какие у вас с Фридой отношения? Я имею в виду — в личном плане.

Стефан Линд заерзал на стуле и слегка покраснел.

— Ну, все более-менее хорошо. Понятное дело, когда в семье трое детей, времени ни на что не остается. Но у нас в этом смысле все как у всех. Никаких особых проблем. Хотя мы давно уже не парим в небесах.

— В последнее время у вас не было ссор, кризиса в отношениях?

— Нет, наоборот. Мне кажется, в последнее время все наладилось. Когда мы только переехали, бывало тяжеловато. Теперь Фрида вроде бы привыкла, настроение у нее улучшилось. И детям хорошо, им нравится в детском саду.

— Не случалось ли в последнее время чего-нибудь необычного? Какие-нибудь странные звонки? Не рассказывала ли ваша жена о каких-то новых людях, с которыми познакомилась? Может быть, по работе?

— Не-ет, — задумчиво ответил Стефан Линд и наморщил лоб. — Во всяком случае, с ходу не могу ничего такого припомнить.

— Чем она занимается?

— Она парикмахер, работает в салоне красоты напротив «Обс», в «Эстерсентруме».

— Значит, она общается с самыми разными людьми. Она не рассказывала о каком-нибудь необычном посетителе?

— Нет. Естественно, она рассказывает байки о всяких сумасшедших клиентах, но в последнее время ничего особенного не припомню.

— Я обратил внимание, что у вас на доме установлена сигнализация. Зачем?

— Фрида так захотела, когда мы переехали сюда. Она боится темноты, ей было очень не по себе. Мне по работе часто приходится уезжать, иногда отсутствую по нескольку дней подряд. Когда мы установили сигнализацию, ей стало гораздо спокойнее.

Кнутас протянул ему свою визитную карточку:

— Если Фрида вернется или позвонит, немедленно сообщите мне. Звоните мне на мобильный, он у меня всегда включен.

— А что вы будете делать теперь? — спросил Стефан Линд.

— Искать, — ответил Кнутас и поднялся с дивана.

Кнутас направился прямо в управление. Постепенно подтянулись и остальные. Когда все собрались в кабинете Кнутаса, было уже начало десятого. Практически всем рассказали одну и ту же историю — что Фрида познакомилась в баре с мужчиной, с которым беседовала больше часа. Никто из подруг не видел его раньше. Они говорили, что это интересный мужчина лет тридцати пяти, с густыми светлыми волосами. Одна из подруг заметила, что он был не брит. Фрида и незнакомец явно флиртовали, иногда он брал ее за руку.

Подруги сочли, что она просто сошла с ума. Замужняя женщина, мать троих детей. Что скажут люди? Висбю — городок небольшой, и в баре мелькали знакомые лица.

Все пошли домой вместе, поскольку им было по пути, а Фрида уехала на велосипеде одна. Фрида и впрямь любила пофлиртовать, но ни за что не пошла бы домой к незнакомому мужчине. Это утверждали все в один голос.

У Кнутаса зазвонил мобильник. Во время разговора он произносил только междометия и кивал, но лицо комиссара посерело на глазах.

Все не сводили с него глаз, когда он положил трубку. В кабинете повисла зловещая тишина.

— На кладбище обнаружен труп женщины, — с горечью сообщил он и потянулся за пиджаком. — Все указывает на то, что это убийство.

Молодой человек, обнаруживший тело, выгуливал собаку без поводка. Пробегая мимо кладбища, собака ринулась туда и устремилась в кусты. Когда на место прибыла оперативная группа, возле кладбища уже собралась толпа зевак. Полицейские ставили ограждение, не давая им подойти близко.