Мечеслав минуту молчал, глядя в безобразное и искаженное болью, когда-то бывшее совершенным и прекрасным лицо Кецаля, и проронил: - Начинайте.

С трудом оторвал взгляд от бездны голубых глаз Кецаля и, направляясь к своим воинам, послал общий мыслеобраз: - Как только титаны окутаются полями стазиса [7], накладываем печати. Тяните энергию!

Дождавшись момента, когда столпившиеся титаны окутались багровым свечением, Мечеслав, до отказа накачанный магической силой, наложил шесть печатей и устало сел в ослепительно белый снег. Взял горсть холодных кристалликов и протер разгоряченное лицо. Дотянулся до разума отца.

– Что?
– мягко спросил Мстислав, почувствовав настроение сына, все еще полное чужой боли.

Князь получил сжатый поток-отчет, помолчал и заметил: - Ты поступил верно. Мы догнали второй легион в лесу. Они даже не сопротивлялись. Опустив головы стояли и ждали когда их прирежут... Поспешили мы. Я пошлю воинов, пусть сожгут останки, не хватало нам еще мутаций. Возвращайтесь в Хуракан. Я отправил к тебе драконов.

Через полчаса Мечеслав, сидя на шее лениво машущего крыльями Эльнира, нащупал точку внутреннего напряжения в горе, послал волну вибрации, и склон сполз, похоронив под собой плато и навечно замерших в коконе стазиса падших атлантов.

Артем докурил сигарету, выкинул окурок в урну, развернулся и окинул взглядом четырехэтажное здание, в котором проработал последние шесть лет. Руководитель геологоразведочной фирмы "Полюс", дочернего предприятия частной горнодобывающей компании ООО "Гефест" - неплохо для двадцати восьми лет. Деньги платили приличные, да и премиями баловали регулярно, так что на хлеб с красной икрой хватало. Не зря ведь комаров в тайге [8]кормили. Помимо месторождений никелевых и алюминиевых руд открыли даже несколько залежей золотоносных пород. Концентрация желтого металла, конечно, оставляла желать лучшего - самородков не присутствовало, но при промышленной разработке месторождения вполне бы себя окупили. Все шло просто замечательно, работа нравилась, можно сказать, он нашел себя и занимался любимым делом. Жизнь двигалась по накатанной колее, не преподнося особых сюрпризов, и тут - на тебе бабка Юрьев день - расформировали их филиал, сокращение расходов, мать их! Всемирный кризис грохнул!

Артем со злостью сплюнул на асфальт, застегнул легкую черную кожаную куртку - хоть и лето наступило, а ветер все еще холодный. Да и лета того всего пара месяцев, потом опять заморозки. Резко континентальный климат, однако!

Молодой человек извлек из кармана джинсов перетянутую тонкой резинкой пачку американских денег и принялся пересчитывать. Парочка неприметных бритоголовых личностей в потертых кожаных куртках, пятнистых, цвета хаки штанах и тяжелых армейских ботинках на толстой подошве, заинтересовалась было высоким подтянутым пареньком, нагло светящим зелеными бумажками у всех на виду. Но, наткнувшись на уверенный холодный взгляд серых глаз, гопники резко изменили курс и остановились возле газетного киоска, не на шутку заинтересовавшись красочной полиграфической продукцией.

– Имбицилы, - процедил, отворачиваясь, Артем.
– Забыли, что читать не умеют.

Итого две с половиной тыщи баксов. Артем взъерошил ладонью короткий ежик темно-русых волос. В ближайшем будущем пополнения бюджета не предвидится и на горизонте не маячит никаких перспектив. Но на первое время хватит, тем более что еще есть небольшие накопления, благо сейчас один живет.

– Хоть квартирку успел себе купить на честно заработанные за шесть лет деньги, - проворчал Артем, засовывая пачку денег во внутренний карман куртки.

С родителями в его возрасте жить как-то не с руки. Правда отец постоянно пропадает в археологических экспедициях, так что мать, профессор экономических наук, почти всегда живет одна в их четырехкомнатной квартире. Отец молодец, пошевелился и выбил еще в имперские времена. Артему же пришлось зарабатывать на свою двушку самому, правда, отец предлагал добавить, но сын не взял - не маленький уже. Квартиру он купил в новостройке, просторную, можно сказать огромную по сравнению с хрущевкой - восемьдесят шесть квадратов. Хоть на велосипеде езди. И приобрел удачно, цены на жилье прошлой осенью упали почти в два раза, так что он быстро подсуетился, занял недостающую часть на работе и стал счастливым обладателем просторных и светлых двухкомнатных апартаментов на четвертом этаже шестнадцатиэтажного дома в спальном районе неподалеку от центра.

– Беда не приходит одна, - вздохнул молодой человек, глядя в насупившееся серое небо.

Его последняя любовь провела с ним чуть больше года, после чего нашла себе более удачливого и богатого самца - какого-то занимающегося нефтью бизнесмена. И эту радостную новость сообщила Артему неделю назад. Собрала шмотки, махнула ручкой, попросила не обижаться: мол, не мы такие - жизнь такая, давай останемся друзьями. И упорхнула. В голове было пусто, а на душе горько и гадко в тот момент. Влюбился, идиот. Раньше девиц менял как перчатки, а тут потерял голову, словно наивный безусый юнец.

– Правда породиста была стерва, - хмыкнул Артем своим невеселым мыслям.

Красотой Марину бог не обделил - стройная высокая натуральная блондинка с грудью стремящегося третьего размера, томные омуты голубых глаз. Неудивительно, что он не устоял. Но, как говаривал его лучший друг: - Красивая баба - не твоя баба.

Имея в виду старинную прописную истину - сердце красавицы, хрупкая броня которого частенько разлетается вдребезги под напором сыплющихся со всех сторон заманчивых и красивых предложений, склонно к измене и перемене.