Но из прилетевших вертушек-«восьмёрок» высадилось три разведгруппы. Они соответственно были из состава Кандагарского батальона спецназа. И это обстоятельство не вызывало никакого удивления. Ведь дислоцирующийся в Кандагаре третий батальон спецназа являлся одной из четырёх составных частей, которые и создавали боевую мощь 22-ой бригады спецназа… Наряду с тремя другими батальонами: Шахджойским, Фарахским и нашим, то есть Лашкарёвским…

И появление наших боевых товарищей, вооружённых таким же оружием, одетых в узнаваемые горки и облачённых в уже привычные глазу китайские лифчики с десантными РД-54… Словом, всё это казалось вполне естественным и даже обыденным явлением. Ведь облётные группы из Кандагарского батальона иногда прилетали в нашу Лашкарёвку, чтобы дозаправиться и улететь обратно. Да и наша РГ № 613. уже два раза успела побывать в аэропорту Кандагара. Тогда-то мы вволю налюбовались почти что стрельчатыми стеклянными фронтонами заморского чуда авиационной архитектуры.

А теперь уже кандагарские спецназовцы прибыли в нашу Лашкарёвку… Но вовсе не для того, чтобы услаждать свои любознательные взоры окрестными красотами да нашими глинобитными строениями… И не для того, чтобы съездить в качестве туристической группы в самый центр древнего города Лашкаргах, где возвышается старинная мечеть с не тускнеющим глянцем голубого купола… И кандагарцы прибыли сюда не лакомиться местным шашлыком… Отнюдь!..

Три разведгруппы Кандагарского батальона спецназа прилетели в Лашкаргах на войну. На очередную свою войну, которая уже была разработана-спланирована в нескольких штабах и окончательно утверждена соответствующей резолюцией одного вышестоящего военачальника. Кандагарцы прибыли сюда на свою следующую войну, которая должна была начаться со дня на день… И место предстоящих боевых действий находилось на севере провинции Гильменд. Как раз там, где и располагался укрепрайон Мусса-кала.

Однако появление кандагарских спецназовцев вызвало нешуточный переполох… Нет… Не среди моджахедов или наёмников — «Чёрных аистов»… Серьёзный ажиотаж случился в нашей первой роте… Да ещё и среди дембелей!..

— Панин идёт! — послышался негромкий сигнал предупреждения. — Панин!

Этот явно встревоженный возглас раздался с самого правого фланга и вечно неугомонный сержант Ермаков даже вытянул свою голову вперёд, развернув лицо в правую сторону. Он даже небольшой шаг сделал… И будто ужаленный подался назад в строй… А потом и того глубже…

— Атас! — пробурчал не только наш борзый дембель, но ещё и заместитель командира РГ № 613. —Панин идёт!

Сержант Ермаков уже выставил вместо себя молодого бойца, а сам встал во вторую шеренгу. Спустя две-три секунды точно такой же манёвр проделали все остальные дембеля нашей разведгруппы. Но они не только выставили в качестве спасительного заслона фигуры молодых солдат. Наши старослужащие товарищи даже стали ниже ростом… Лишь бы не попасться на глаза этому самому Панину…

А по центральному проходу первой роты шёл никакой не монстр, питающийся исключительно дембельским составом… Никакой не садюга со звероподобным выражением на лице… А обычный вроде бы офицер… Не такого уж и высокого роста и не столь внушительной комплекции… Но зато в трофейной американской камуфлированной куртке, как и у нашего командира роты… Да ещё и в ладно подогнанном добротном китайском лифчике, набитом шестью магазинами, четырьмя гранатами и тремя ракетницами. Ну, три ракетницы прижаты резинками и на лямках закреплены две сигнальные шашки… Дым да огонь…

— Атас! — прошептал в последний раз Ермак.

Ведь этот самый Панин уже дошёл до строя нашей третьей группы. Вытолкнутый в первую шеренгу я стоял на своём новом месте и во все глаза смотрел на него… На этот источник дембельского ужаса и страха… Который, в общем-то, даже не обращал никакого внимания на стоящих в строю солдат… Ведь он только что обнаружил того, кого именно и искал… То есть командира нашей первой роты…

— Андрей Иваныч! — воскликнул Панин. — Гостей принимаете?

— А як же! — отвечал капитан Перемитин.

Он только-только вошёл в казарму через парадный вход и теперь двигался навстречу этому самому Панину. На уровне левого фланга нашей группы они и встретились… Сначала пожали друг другу руки, затем обнялись как старые товарищи… Ну, а потом и вовсе направились в обитель командира роты…

— Дежурный! — крикнул капитан Перемитин перед тем, как закрыть за собой дверь. — Меня в роте нет! Ни для кого! Кроме…

Он так и не договорил… Дверь в комнату ротного захлопнулась…

— Кроме кого? — запоздало выкрикнул дежурный по подразделению.

Однако вместо капитана Перемитина ответил заместитель командира роты.

— Кроме комбата и комбрига! — уточнил старший лейтенант Барышник. — Рота, равняйсь! Смирно! Вольно! Слушай мою команду…

Замкомроты быстро взял на себя все бразды управления подразделением, которые так легко ему передоверил капитан Перемитин… И наша военная жизнь пошла-поехала в привычном русле… Сначала ценные указания выдал непосредственно сам Барышник… Потом руководить войсками поручили командирам групп. И наш старший лейтенант Веселков принялся добросовестно выполнять свои служебные обязанности…