Военным, наверное, тоже страшно, но они кажутся абсолютно спокойными. Сейчас они уже в глубине фургона, а с подножки бруски передают двое полицейских сержантов…

С другой стороны улицы подъезжает еще одна полицейская машина, отчаянные ребята, сразу бегут на помощь… Линда показывает нам газон, он теперь весь усыпан брусками тротила, кажется, его тонны…

Что-то изменилось, все бегут в разные стороны и падают на асфальт… изображение идет снизу, это видимо Линда с камерой тоже залегла… Кажется сейчас что-то произойдет…

Это взрыв!..

Что там, я не вижу…

Мне кажется, никто не пострадал. Линда уже стоя снимает горящие остатки фургона… наших ребят из съемочной группы… Полицейских… Военных…

Да, все целы, улыбаются, хлопают друг друга по плечам и по спине…

Сейчас мы видим, что террориста-смертника сажают в полицейскую машину… Надеюсь, этот ублюдок и его хозяева получат по заслугам…

Камера показывает нам добровольцев из местных жителей, женщина и двое мужчин… О, знакомое лицо, это ведь Лейв Ледфилд! Как он здесь оказался? Он оживленно болтает с девушкой — полицейским лейтенантом и одним из военных… Хью мне подсказывает, что эта девушка, Оззи Коул, и задержала террориста…

А Ледфилд живет в этом доме.

Неужели это было покушение на него?…

Ледфилд получил прозвище «палач консерваторов» из-за сенсационных показаний об отвратительных сексуальных извращениях, в которых замешаны функционеры партии парламентского большинства…

Мы снова видим на экране горящие остатки фургона… «исламский джихад» пытался устранить человека, неудобного консерваторам? Это плохо укладывается в голове, но…

А вот Хью мне говорит, что сообщили военные. В фургоне было три взрывателя: кнопка в кабине, таймер в кузове и растяжка, из-за которой было невозможно убрать несколько последних брусков тротила, соединенных прямо с взрывателями. Наши парни в погонах четко сделали свою работу, распознав этот хитрый замысел террористов. В результате сработало немногим больше килограмма взрывчатки, а вся та гора тротила, которую вы видите на своих экранах, не причинила вреда…

Мы еще вернемся в эфир, чтобы сообщить о расследовании этого теракта… С вами был Деррик Винкл, криминальная хроника 11 канала».

Коул подошла к Ледфилду

— Пройдемся, поболтаем?

— С удовольствием. В кафе?

— Нет, вон к тому дому. Одна пожилая леди позвонила, там кошка застряла в чердачном окне.

— Кошка? — удивленно переспросил Лейв.

Она кивнула.

— Кошка. Серенькая с белым. Поможете вытащить?

— Конечно.

Они двинулись по пустой улице.

— Знаете, что меня больше всего поразило? — спросила она через минуту.

— То, что меня опять хотели шлепнуть? — предположил Ледфилд.

— Нет. Меня поразила ювелирная работа снайпера, который сквозь лобовое стекло всадил этому арабу две пули в правое и левое плечо и буквально положил его мне в руки.

— Я думал, это вы стреляли.

— Вы что, смеетесь? Из пистолета так не смог бы выстрелить даже терминатор-3. А этот снайпер зачем-то хотел отдать нам террориста обезвреженным, но живым и пригодным к немедленному допросу. Сейчас из него много чего вытрясут, ручаюсь.

— Хотите сказать лейтенант, что кое-что здесь подстроено.

— Не «кое-что», а много чего. И это уже второй такой странный случай вокруг вас, верно?

— Третий, — поправил он, — еще один был не на вашем участке.

Коул кивнула.

— Тем более. Что за чертовщина происходит, а, Ледфилд?

— У меня есть некоторые догадки, лейтенант. Могу поделиться.

— Буду весьма обязана. Кстати, для друзей я просто Оззи. Мы сегодня пережили кое-что вместе, верно?

— Да, — согласился он, — никогда бы не подумал, что буду в компании с вами разгружать грузовик тротила под собственными окнами.

— Вы обещали поделиться какими-то соображениями, — напомнила она.

— Соображения у меня простые. Кто-то хочет свалить консерваторов, и сделать вид, будто это я, как боевой слоник, затоптал их насмерть своими маленькими ножками.

— Для этого мало иллюстрированных рассказов о художественной гребле с 3d куклами на порносайтах, — заметила Коул, — два года назад эти козлы вляпались в педофилию, и что? Пожертвовали парочкой шестерок, и вышли чистенькими.

Ледфилд улыбнулся.

— Вот именно, Оззи. Мало. А вот «исламский джихад» и бомбер в жилом квартале это в самый раз. Что если бы весь этот тротил взорвался?

— Думаю, пол-квартала снесло бы на хрен. Но при чем тут консерваторы?

— Если я прав, то, через пару дней, хвостик от этого джихад-мена протянется к ним. Понятно, что тогда будет?

— Вы серьезно так думаете? — удивилась она.

— Вполне. По-моему, этот вариант лежит на поверхности.