Вдруг Сеннар и Ниал почувствовали: нечто появилось сзади. Сжав меч, Ниал обернулась и увидела, что из водяного пола выходит женщина, тоже созданная из воды. Сначала — лицо. Ледяные злые глаза всматривались в Ниал. Затем появились плечи, грудь, наконец — все тело.

Женщина продолжала расти, пока не стала гигантской и не нависла всей своей массой над Ниал и Сеннаром. Она была величественна и прекрасна, ее совершенные черты излучали невероятную энергию.

Меч задрожал в руках Ниал.

На лице женщины вдруг появилось некое подобие загадочной улыбки. Но улыбка исчезла так же быстро, как и появилась.

— Кто ты? — спросила женщина.

Ответ как будто сам вылетел из уст Ниал.

— Сирен, — сказала она дрожащим голосом.

— Сирен тор анакте?

Ниал смутилась.

— Я — Сирен, я пришла с добрыми намерениями, — ответила Ниал.

Женщина секунду помолчала.

— Кому ты посвящена? — повторила она вопрос на языке, понятном Ниал.

— Я посвящена Шеврару.

Женщина как будто успокоилась.

— Шеврар, бог Огня и Пламени, который породил все, а также бог жары, от которой все гибнет. Все исходит от него, все в нем умирает. В дорогих ему кузницах вулканов закаливается смертоносное лезвие для войны, но луч его огня — это тепло для того, кто его любит. В нем заключены жизнь и смерть, конец и начало.

Ниал слушала не понимая.

— А он? — спросила женщина. — Кто это нечистое существо, которое ты привела с собой?

— Я — Сеннар, — ответил маг уверенным голосом. — Я — маг Совета.

Женщина оглядела его, затем две струи из ее одежды обвились вокруг рук Сеннара и связали его.

— Тебе нельзя было приходить сюда. Твои нечистые ноги не достойны того, чтобы прикасаться к полу моего жилища.

Сеннар попытался вырваться, но ему не удалось, хотя он и был связан водяными струями.

— Отпусти его! Ты должна советоваться со мной, он сопровождал меня во время выполнения миссии! — закричала Ниал.

Женщина немного помолчала, ее глаза внимательно изучали полуэльфийку.

— Я чувствую в тебе что-то неясное, нечто, чего не должно быть в Посвященном.

Ниал знала, что не была совершенно чиста, она понимала, сколь сильна ее ненависть к Тиранно.

— Я — не совершенна, вероятно, я даже не достойна разговаривать с тобой, — сказала она. — Но судьбе было угодно, чтобы я оказалась единственной, кто может соединить камни. Я не прошу их для себя. Я прошу их у тебя для всех, кто умер, и для всех, кто жив и страдает: для них я должна сделать это. Я их последняя надежда. Надеюсь, что ты все же согласишься помочь мне.

Ниал чувствовала, что пронзительный взгляд существа проникает ей в душу, и надеялась, что женщина не сумеет увидеть затаенного в глубине.

Водяная женщина примиряюще улыбнулась:

— Хорошо, Сирен, я поняла, что тебе нужно, и заглянула в твою душу. Я знаю, что ты используешь это для доброго дела.

Женщина убрала струи, связывавшие Сеннара, в складки своей водяной одежды, маг освободился. Потом вытащила один глаз из своей глазницы и протянула Ниал. Полуэльфийка взяла камень. Камень был гладкий, сверкающий, бледно-голубой. Казалось, что он заключает в себе стремительные потоки Саара.

— Сирен, ты только в начале пути, тебе придется пройти много километров и многих встретить, кроме меня. Не все встретят тебя так, как я. Остерегайся: попадутся и такие, которые станут препятствовать выполнению задачи. Сейчас в твоих руках огромная власть. Не злоупотребляй ею, иначе я сама найду и убью тебя. Пусть твоя дорога будет легка, а твое сердце получит то, к чему стремится, — произнесла женщина. — Сделай то, что должна.

Ниал сжала камень пальцами и вставила его в углубление.

— Раххавни сектар алееро, — прошептала она.

Воды, образовавшие святилище, начали стремительно вращаться. Исчезли стены, стали неясными очертания, женщина исчезла в водовороте. Казалось, что вся вода собирается навалиться на Ниал и влиться в камень.

Полуэльфийка закрыла глаза. Когда она снова открыла их, вокруг были только туман и болото.

Она услышала вздох облегчения за спиной, обернулась и увидела улыбающееся лицо Сеннара.

— В конце концов, это было легко, — сказал маг.