Большинство фирм, работающих в Нижнем Новгороде, предпочитают строить или арендовать офисы в верхней, старой части города, и скорее из соображений престижа, чем из удобства. Есть, конечно, конторы, что сидят «внизу», за рекой, но это обычно мелкие организации, делающие деньги и ни на что более не претендующие.

Исключений, честно говоря, очень мало.

Скромное снаружи трехэтажное здание, возведенное год назад в пределах Московского района и принадлежащее фирме «Крисеида», было одним из них. Рядом с ним имелась собственная автостоянка, стены щетинились камерами системы видеонаблюдения, а перед входом в окружении клумб бил небольшой, но очень красивый фонтан.

И что самое странное – окна тут иногда светились даже ночью.

Двадцать восьмого августа, наоборот, все здание погрузилось во тьму необычайно рано, около шести вечера. Но дорогих машин на стоянке почти не убавилось, а сумей попасть внутрь случайный человек, он бы удивился царившему в коридорах офиса оживлению.

Оживление это было не очень громким и происходило в тех помещениях, куда постороннего человека, да и не человека тоже не пустили бы. Могучие лохматые охранники в темно-зеленой форме дело свое знали, и окрестности контролировались не только с помощью камер.

На самом деле и фирма, и офис являлись собственностью клана сатра Алкид, владевшего несколькими источниками в окрестностях, и в данный момент старейшины клана собирались на совет, не на обычный, плановый, что проходил раз в месяц и состоялся неделю назад, а на экстренный, вызванный последними событиями в городе.

Для советов использовался укрытый в подземелье зал, о котором не ведало большинство работников «Крисеиды», большой, с мозаикой на полу и с гнездами для факелов в стенах. Мозаика изображала герб клана – вставшего на дыбы белого коня с зеленой гривой, а гнезда были нужны, поскольку собрания старейшин традиционно проводились без электрического света.

Помимо антуража здесь имелось все, что может понадобиться тем, кто облечен правом принимать решения, – проектор с мощной лампой, несколько ноутбуков, все современные средства связи.

Но сегодня планировали обойтись без них.

В семь тридцать порог миновал последний из приглашенных, и дверь с негромким щелчком захлопнулась. Глава клана, в соответствии с обычаем носивший титул Владыки, помедлил немного, а затем поднялся на расположенное у дальней стены зала возвышение, предназначенное исключительно для него.

Владыка откликался на имя Пекрес и находился у власти долго, более двух десятилетий, так что волосы его за это время успели побелеть, а лицо избороздили морщины.

– Сатра и сатрессы, Совет клана, – заговорил он напевно, словно читая молитву. – Грозные события последних дней вынудили меня собрать вас сегодня, и полагаю, что вы не до конца в курсе, что это за события.

На Пекреса были обращены десятки больших глаз, лишенных белка, и от этого выглядевших темными. В них отражалось, извивалось пламя потрескивающих на стенах факелов, и Владыке казалось, что все глаза сливаются и что сам клан смотрит на него громадными очами.

– Все вы видели, что творится с источниками Нижнего, – продолжил он, сбившись лишь на мгновение, – и таинственная напасть не обошла и наши колодцы. Вчера тот из них, что в Сормовском парке, проявлялся из-за Пелены несколько раз, и свидетелями этого стало немало «коричневых». Но это еще не самое неприятное…

По залу прокатился негромкий гул: все знали, что в городе происходит что-то необычное и неприятное, связанное с источниками, но каждый надеялся, что беда не тронет их клан.

– Проблема, с которой мы можем столкнуться, в первую очередь носит магический характер, – Пекрес чуть заметно поморщился, – и поэтому слово предоставляется Старшему магу клана, уважаемой Иоле.

Нечасто случалось, чтобы сатресса возглавляла чародеев клана «зеленых», но у Алкидов была именно такая ситуация. Вот уже много лет никто не пытался оспаривать ее авторитет и силу, да и поводов для того, чтобы их оспаривать, Иола из рода Венизелосов никогда не давала.

– Родичи! – громко сказала она, тряхнув роскошными темно-синими волосами, и негромко брякнули серьги в ее ушах, длинные, причудливо закрученные, с крохотными сапфирами. – Во-первых, нам не повезло, источники нашего города поразила болезнь, известная как «адские факелы»…

– Болезнь у колодцев? Вразуми нас Праотец… – прогудел высокий, за два метра, рыжий и очень могучий сатра, стоявший в задних рядах, но на его слова никто не обратил внимания.

– И неизвестно, ее ли проявлением или чьей-то злой волей объясняется то, что со вчерашнего дня два источника взорвались совершенно непонятным образом. Один, принадлежавший «Союзу семи», и другой – колонии элохим, обитающей в Верхних Печерах… – Иола рассказывала, серьги ее позвякивали, им вторили браслеты на запястьях, шуршало роскошное, до пола, платье.