Динамовцы командировали в сборную свое основное звено: Василий Трофимов – Всеволод Блинков – Николай Поставнин. Эта тройка вполне добросовестно, умело делала свое дело, когда тренеры выпускали ее на лед. Правда, случалось это реже, чем с другими, на которых руководители команды делали основную ставку. Тем не менее, повторяю, динамовцы хорошо проявили себя. Особенно больших похвал заслужил Василий Трофимов, отлично справившийся с труднейшей задачей персональной опеки Забродского.

Московский «Спартак» командировал в сборную великолепную тройку: Юрий Тарасов – Зденек Зикмунд – Иван Новиков.

Возглавлял ее Зденек Зикмунд – один из тех, кого москвичи не стесняясь называли своими любимцами. Для этого были все основания: Зденек проявил себя как отличный теннисист (в 1944 – 1949 годах он в паре с Николаем Озеровым шесть раз завоевывал звание чемпиона СССР), прекрасно играл в «зимний футбол», как у нас часто называли хоккей с мячом.

«Шайба» пришлась ему по душе, он едва ли не одним из первых уловил ее особенности и в первых же матчах прекрасно проявил себя. Этому способствовали природные данные и выработанные в процессе тренировок и напряженных состязаний качества: Зденек был исключительно отважным, физически сильным, отличался завидной резкостью. В отличие от многих своих коллег той поры, он сочетал напористую, результативную игру в нападении с активной обороной ворот. И самое главное – очень умело, тактически грамотно, интересно дирижировал действиями партнеров, играющих на флангах.

Одним из наиболее интересных, наиболее ярких игроков хоккея с шайбой в ту пору, бесспорно, был Иван Новиков. Его отличали высокая скорость, отличная маневренность, прекрасное видение поля. Как и его партнер в центре, Новиков значился среди когорты теннисистов страны. Может быть, это последнее обстоятельство способствовало тому, что он показал совершенную технику владения клюшкой, которой так не хватало многим игрокам той поры. К этому следует добавить тактическую грамотность и исключительную комбинационную одаренность. Все это вместе взятое делало его очень грозным в атаке: в 50 матчах чемпионатов страны он забил 76 голов, вместе с Алексеем Гурышевым разделил в 1949 году славу лучшего снайпера первенства СССР (26 шайб). Всегда пользовался горячей симпатией многочисленных, страстных спартаковских болельщиков.

Самым азартным, самым яростным, неукротимым в своем атакующем порыве был в этой тройке Юрий Тарасов. Несмотря на свои 25 лет, он уже успел испытать многое в жизни, был участником Великой Отечественной войны. Не было ни одного игрового задания, которое он бы не выполнил, ни одного матча, которому бы он не отдал всех сил. Он чуть уступал своему старшему брату Анатолию в тактической подготовке, но с лихвой компенсировал это отставание восхищавшим нас всех бесстрашием, резкостью и быстротой.

Эта тройка – бесспорно, одна из самых ярких, самых интересных у нас в хоккее в конце сороковых годов – с самой лучшей стороны проявила себя в матчах с «ЛТЦ – Прага», заслужив высокую оценку гостей. В том же году она в полном составе перешла в команду ВВС и в следующем сезоне, как отмечали специалисты, сумела значительно прибавить в классе. У нее были резервы мощности, резервы мастерства. Но произошло непоправимое: 5 января 1950 года в авиакатастрофе под Свердловском эти замечательные хоккеисты погибли. Долго не верилось в это, потому что привыкли видеть их в борьбе, в яростном кипении жизни и связывали именно с ними наши лучшие надежды на будущее хоккея. И сегодня, радуясь его выдающимся победам и громкой славе, мы, ветераны, особенно отчетливо сознаем, насколько велик в них вклад этих людей.

Самым лучшим образом проявила себя в дни важнейшего международного экзамена первая тройка нового чемпиона страны – команды ЦДКА, ставшая, по единодушному признанию, основной в сборной страны.

Выглядела она так: Всеволод Бобров – Анатолий Тарасов – Евгений Бабич.

Еще в ту пору, когда Анатолий Владимирович Тарасов стоял во главе нашего прославленного армейского клуба и вместе с Аркадием Ивановичем Чернышевым руководил главной командой страны, меня не раз подмывало выступить в печати с опровержением одной ложной версии, которую мне, увы, не раз приходилось слышать на трибунах. «Знатоки» из числа тех болельщиков, которые больше говорят, чем знают, утверждали, что Тарасов по классу значительно уступал двум своим великим партнерам и поэтому, дескать, они вскоре избавились от него. Нам, видевшим все своими глазами, хорошо известно: ничто не может быть дальше от истины, чем это обидное утверждение.

Начну с отдельных фактов, которые, как говорится, не требуют комментариев и говорят сами за себя. На чемпионате СССР 1947 года не кто иной, как Анатолий Тарасов, стал лучшим бомбардиром, проведя в ворота соперников 14 шайб. Этот успех следует прежде всего отнести за счет того, что талантливый спортсмен прежде других хорошо усвоил премудрости техники новой игры. Всего же Тарасов сыграл в чемпионатах страны 100 матчей, забив в ворота соперников 102 гола! Думаю, такой результативности могли бы позавидовать и многие современные наши форварды.

Но цифры цифрами, а мне часто вспоминается «живой» хоккеист Тарасов – игрок, тяготеющий к продуманным, комбинационным действиям. Когда выходила на лед тройка Анатолия Тарасова, трибуны заранее гудели, предчувствуя наступающую радость захватывающего, ни с чем не сравнимого зрелища. И почти никогда не ошибались. Тарасов великолепно руководил действиями всей пятерки, был ее душой, ее «мозговым центром». Изумительно выверенными, острыми, совершенно неожиданными для соперника передачами он выводил к чужим воротам своих партнеров. Всегда был активен, по-спортивному зол, бесстрашен и азартен.