В ее комнате уже находились плачущая Розалинда и Фрида, я вся похолодела — неужели я не успела? На кроватке малышки сидел доктор Лукас и слушал ее маленькое щуплое тельце через трубку. У меня сжалось сердце от жалости к бедному ребенку, но я очень рассчитывала на то, что доктор сейчас даст надежду и пропишет действенные лекарства. Каково же было мое изумление, когда он встал с кроватки и с мрачным видом сообщил, что судьба ребенка в руках Божьих и всем надо молиться за ее выздоровление. Рози зарыдала в голос, Фрида побледнела как полотно, а я подошла к нему и спросила — неужели он не может посоветовать ничего более конкретного, чтобы помочь Мари?

— Мисс Элен, я понимаю Ваше беспокойство за судьбу этого ребенка, но болезнь упущена, инфекция перекинулась на легкие, и нам остается уповать на волю Создателя и надеяться, что организм девочки справится с болезнью. А так, что я могу еще посоветовать, травяные настои для отхаркивания и прохладные компрессы для понижения жара… все пожалуй.

Извините, мисс (добавил он, склонившись ко мне), но наша медицина еще слишком примитивна. Еще никто не придумал волшебного зелья от всех болезней.

В последней фразе сквозил не прикрытый сарказм.

Я была поражена его циничным ответом, хотя он и соответствовал истине.

Зажатая полоска с лекарством мгновенно обожгла мне руку подобно огню.

Не обращая внимания на рыдания матери, доктор откланялся, еще раз извинился за свое бессилие и покинул комнату. Фрида мрачно посмотрела на меня и ничего не сказала. Мое же решение оставалось неизменным. В моих руках находился единственный шанс спасти ребенка, и я его использую. Пути назад больше нет.

Необходимо как можно скорее начать давать ей антибиотик. Дождавшись, когда Фрида увела плачущую Розалинду, я быстро подошла к кроватке ребенка и тихо сказала, приподняв ее потную горячую головку:

— Моя дорогая Мари, я сейчас доверю тебе одну волшебную тайну, только обещай, что никому о ней не скажешь, иначе она перестанет быть волшебной!

Бедная девочка кивнула и грустно посмотрела на меня воспаленными от жара покрасневшими глазками.

— Мари, когда я была в своей комнате наверху, ты не поверишь, но в мое окно тихо постучали, и я увидела прекрасную Белую Фею, парящую в воздухе, добрую волшебницу, о которой я рассказывала тебе сказки, помнишь? Она сказала, что в ее чудесной стране всем стало известно, что малышка Мари тяжело заболела и ей надо срочно помочь и тогда, захватив сказочные пилюли, фея спустилась на облаке прямо ко мне в комнату и дала вот это волшебное лекарство, десять чудесных фасолин, которое обязательно спасет крошку Мари. Только никто из взрослых не должен знать об этом, иначе лекарство не подействует, добавила Фея и растворилась в воздухе!

— Мисс, это те волшебные фасольки из сказки?

— Конечно, малыш, именно они.

Мы сейчас с тобой возьмем первую фасолинку и запьем ее водичкой, вот так, умница, и ляжем в кроватку, а потом я приду к тебе и мы проглотим еще одну, и нам надо будет скушать все десять волшебных фасолинок, одну за другой и только тогда мы сможем победить злую болезнь, поселившуюся в твоем горлышке. Но главное, мы должны сдержать обещание, данное доброе фее и никому ничего не рассказывать, это будет нашим с тобой секретом, хорошо, малыш??

Маленькая девочка слушала меня, открыв рот, и послушно закивала в ответ. Вот и умница. Я погладила ее по потной головке и встала, в комнату уже вошла немного успокоившаяся Розалинда. Я незаметно приложила палец к губам и еще раз напомнила девочке о тайне. Потом обняла Рози и сказала, что все будет хорошо, я уверена.

На самом деле уверенности полной не было. Риск был огромен! Кто знает, поможет ли лекарство будущего ребенку из прошлого? Не станет ли это нарушением равновесия, о котором говорил доктор? Что за чушь!! Я отбросила тяжелые мысли- смотреть как умирает несчастный ребенок я не могла, дело сделано, теперь надо надеяться на лучшее — другого выхода все равно не было.

У себя в комнате я достала из сумки образ Николая Чудотворца и стала молиться как могла за здоровье девочки. Эта маленькая иконка всегда была со мной, даже в путешествии за границу святой образ сопровождал меня и придавал сил, а теперь по счастливой случайности перенесся сквозь время.

Еще два дня прошли в страшных сомнениях — правильно ли я поступаю, давая девочке лекарство, неизвестно как ее организм воспримет обычную для моего времени дозировку антибиотика, но я должна была использовать единственный шанс для ее спасения.

И, Слава Богу, мои молитвы были услышаны и достижения медицины будущего были оправданы, на третий день болезнь медленно начала отступать, и девочка пошла на поправку. Когда на пятый день я дала ей последнюю капсулу, Мари уже могла с аппетитом кушать и даже пыталась встать с кровати и побегать по комнате, что было сразу же строго пресечено Розалиндой. Моя горничная смотрела на меня как на божество, казалось, что еще немого, она упадет ниц и начнет целовать мне ноги. Безусловно, она ничего не узнала о моих таблетках, малышка Мари сдержала обещание, данное Белой Фее. Рози сделала вывод, что именно я спасла ее ребенка, полагаясь лишь на чутье матери.