Я доехал на поезде до нужной станции и нашел душный спортивный зал — там и проходили занятия. Я надеялся на некоторую восточную таинственность… увы, реальность разочаровала меня. Удары, крики — и никакого налета мистицизма.

Ленни оказался крепким парнем примерно моего роста. Оттопыренные уши, странной формы голова. Вместо того чтобы декламировать: «Как волны обтачивают гальку, так дух воина стремится к доблести», он орал: «Ты, держи ногу прямо!» или: «Ты! Десять отжиманий! Живо!»

Ленни окликнул меня в раздевалке после занятий. Голос у него был такой, словно курил он с трех лет.

— Эй, у тебя хреновое чувство равновесия. Согласен?

— Да. — Я пожал плечами.

— Руками ты бьешь ничего, блоки ставишь нормально, а вот удар ногой — катастрофа. Да или нет?

— Возможно, вы правы.

— Я прав. Координация отдыхает. Тебе уже это говорили?

Я кивнул.

— Когда у меня начнет получаться?

— У тебя? Года через два. И то если до седьмого пота пахать будешь. Понял? Иначе ничего не выйдет. Дело в том, что природных способностей у тебя нет. Вообще. Согласен?

— Вы что, пытаетесь от меня отделаться?

— Нет. Совсем наоборот. Я же вижу твои шишки, сынок. Что-то мне подсказывает, что ты не просто так сюда пришел. Достают тебя, да?

Я покорно кивнул.

— И не первый раз? — Ленни сочувственно посмотрел на меня. — Я так и думал. Почти всегда угадываю.

— Мне надо защищаться, — сказал я. — А я не умею. И двух лет у меня нет.

Ленни придвинулся ко мне.

— Могу давать частные уроки. Пятьдесят фунтов в час.

— Дорого.

Ленни пожал плечами.

— Сорок тоже пойдет.

— Когда начнем?

— Прямо сейчас. Зал оплачен до десяти.

— Я устал, — признался я.

— Это не оправдание.

Следующий час Ленни мучил меня отжиманиями и бегом. Через двадцать минут мне пришлось выйти — сил совсем не осталось. Когда я вернулся, Ленни не выказал ни малейшего сочувствия. Он подвел меня к груше и велел ударить.

— Как в карате?

— Аты куда пришел? В фильме сниматься? Пожалуйста, бей, как балерина, только свалишься тут же. Я тебя учу драться. Настоящий бой ничего общего с карате не имеет.

— Странно это слышать от человека с черным поясом.

— Бей уже, тебе говорят!

Я со всей силы врезал по груше. Кулак отозвался болью. Ленни вздохнул и показал мне, как правильно бить — так, чтобы вкладывать в удар вес всего тела. Через несколько минут он попросил ударить его, а не грушу.

— Куда?

— В живот. Не сдерживайся. Врежь мне от души.

Ленни напряг мускулы, и я ударил его кулаком. Эффект примерно тот же, как если бы я долбил скульптуру работы Генри Мура. Через час, когда я наконец отдал Ленни деньги за занятия, единственным моим желанием было пойти домой и завалиться спать.

Я вышел из спортзала. На улице дождь, настроение паршивое. Я точно знал, что, если упорно тренироваться и не забывать о великой цели, лет через пять я смогу одним ударом свалить с ног старуху.

Зонта у меня не было, так что я бежал, стараясь держаться под козырьками домов, а рюкзак тяжело хлопал меня по спине. Сзади бежал какой-то парень в свитере.

На станции я оглянулся, но его уже не было. Угрюмый контролер проверил мой билет. Я перешел через мост, купил в автомате шоколадку и принялся ходить взад-вперед по платформе. На вкус было похоже, будто шоколадка покоилась рядом с телом Рамзеса Третьего чуть не три тысячи лет. Впрочем, голод не тетка, пришлось есть.

Следующий поезд шел в Уимблдон. Наконец на табло загорелась надпись: «ДО РИЧМОНДА». На платформе были еще двое: пышечка в куртке из искусственного меха и мини-юбке и нервный подросток, жутко смущенный намерениями своей подружки.

И вдруг сзади на меня обрушился сокрушительный удар. Поначалу я решил, что толстуха застала меня за созерцанием ее ног, похожих на сардельки. Я обернулся: рядом со мной стоял тот самый парень в свитере, его лицо блестело от дождя.

— Эй ты, сволочь! Держись отсюда подальше! — бросил он мне.

Только тут я узнал его. Это был Уоррен — последняя жертва Каро.

Сталкиваясь с насилием, я каждый раз пытался пойти по самому разумному пути. Успеха это до сих пор не приносило, но тем не менее.

— Уоррен? — Я протянул ему руку. — Я Марк. На этот раз он ударил меня в грудь.

— Держись подальше от моей девчонки, ты, придурок, а не то я тебе руки повыдергиваю!

— Уоррен, я с ней не встречаюсь. Да ладно тебе. Ты ведь прекрасно знаешь, какая она сучка. На меня ей точно так же плевать, как и на тебя.