— Думаю, мы готовы, — солгал я.

— Отлично, — кивнул Левин. — Мы считаем, это должна быть рождественская тема. В конце-то концов на носу праздничный сезон.

— И что вы надумали? — поинтересовался Депп.

— Санта-Клаус, — сказал Спеннер. — Знаете, пускай он приходит в эту их обгорелую церковь и приносит им всякие там пистолеты, кастеты и ножи. Но что им по-настоящему надо — это чистая форма.

— ФУУУ, — поморщился Левин. — Лучше что-нибудь поживее. То, что ты предлагаешь, уже делалось, и не раз.

— А по-моему, хорошая идея, — возразил Финней. Левин скривил губы.

— Помните ролик «Мак-Маона, Тейта и Стивенса» про винтовки? «Джонни, что ты хочешь на Рождество?» — «Хочу поехать в Норвегию и убить одного из этих вонючих рыбоедов». — «Хей-яй-яй, на войну ступааай!».

Он живо изобразил ролик, и Харрис поморщилась.

— Уж так низко мы опускаться не хотим.

— Стойте! — вдруг закричал Спеннер. — Придумал! Как насчет того, чтобы они избили Санта-Клауса? Понимаете, они получают оружие и решают испробовать его прямо тут же, на старом Нике. И сажают себе на одежду пятна, понимаете, от костюма Санты, потому что сам-то он спускался по печной трубе.

— Неплохо, — одобрил Финней.

— Близко, — сказал Левин. — Хотя надо чего-то большего.

— Я знаю, что вы имеете в виду, — вдохновенно произнес Финней. — Нужно что-то получше.

— Гораздо лучше! — с нажимом подтвердил Спеннер.

— Может, вам закончить тем, — саркастически предложила Харрис, — что Ферман в костюме Санта-Клауса обходит ряды ребятишек, ожидающих подарков, и раздает им настоящие винтовки?

Левин поглядел на Финнея и Спеннера.

— Все равно вяловато, правда? — Оба старших партнера кивнули. Он повернулся к Харрис. — Быть может, оставите разработку творческих концепций нам?

— Постойте! — вскричал Спеннер на грани оргазма. — Вам это понравится! И даже подходит к рождественской тематике. Покажите, как они прибивают Иисуса к кресту!

— Ну что можно придумать круче? — спросил Финней.

— Да, пожалуй, это получше, — признал Левин. — Хотя больше подходит к Пасхе.

— А вам не кажется, что публика сочтет это несколько вызывающим? — поморщилась Харрис.

— О Господи, да нет же! — опешил Спеннер. — Это не страшнее, чем боддеккеровская реклама про психотропы на каждый день и молитву.

— Нет! — заявил Левин. — Это не было бы вызывающим ни в каком случае — потому что Дьяволы не могут сделать ничего плохого.

— У меня есть свежая идея, — вмешалась Харрис, испепеляя своих партнеров-руководителей взглядом. — Почему бы не предоставить писать ролик творческой группе?

— Разумеется, — закивал Левин. — Разумеется. Но, Боддеккер, мы бы хотели, чтобы ты придерживался примерно этого направления. Смело и вызывающе. Запомнишь?

— Конечно, — оцепенело проговорил я.

— Тем временем твоей творческой группе надлежит в следующие несколько месяцев избавиться от всех не связанных с Дьяволами проектов и приготовиться взять на себя управление новым отделом. — Левин потянулся и демонстративно покосился на часы. — Ладно. На том и завершим нынешнюю встречу и очередной трудовой день. Желаю вам всем славно поработать. Пембрук-Холл гордится вами.

Он медленно захлопал в ладоши. Через пару секунд промедления Харрис и старшие партнеры присоединились к нему, следом — Хонникер из Расчетного отдела и Мак-Фили. Скоро мы все уже без всякого энтузиазма аплодировали себе и тому, как ловко сумели представить Дьяволов Фермана мировой общественности.

Я первым вскочил с кресла и ринулся к двери, слабо надеясь незамеченным ускользнуть к себе в офис, а оттуда домой. Напрасные надежды. Рядом со мной как по волшебству оказалась Хонникер — народ словно бы расступился, пропуская ее.

— Итак? — спросила она. — И что ты думаешь?

— Думаю, тот еще был денек.

— Но какой волнующий, правда? Я хочу сказать — погляди на себя: в двадцать восемь лет стать главой нового отделения Пембрук-Холла!

— Это не то, к чему я стремлюсь, — сказал я. — Никогда не мечтал быть агентом или нянькой группки несовершеннолетних преступников. Все, чего я хотел от жизни, — это писать удачную рекламу и жить в своем доме.

Хонникер из Расчетного отдела пожала плечами.

— Никто никогда не получает всего, что хочет. Приходится заниматься тем, что поможет тебе получить максимум из того, что хочешь.

Я покачал головой.

— Если не можешь получить этого именно тем путем, каким хочешь — то в чем смысл? — Я заглянул ей в лицо, наблюдая за реакцией. Но реакции не было. — Согласна?

— Не все могут дать тебе все. Но больше всего ты можешь получить в Пембрук-Холле.

— Думаю, в «Дельгадо и Дельгадо» примерно столько же. А может, и больше. В «Апреле-май-июне» опять-таки.