Входит Лопухов.

Лопухов. Почему это вы такие унылые? С утра не воевали, соскучились?

Шадрин. Кому весело, пускай танцует.

Лопухов. Подметки жалко, а у господина Керенского вся обувь вышла. Зима начинается, если не ошибаюсь. Стрелки, наш полк с позиции завтра снимают, для особых операций в тылу. Понятно? Молчок! А про тебя, Шадрин, связисты говорили, что отпуск получишь. Ты, Ваня, у капитана в холуях не служил?

Шадрин. Кто в холуях? Я в холуях? Ты, Лопухов, меня все время на особом виду держишь. За что? Чем я виноват, что командир меня по сестре знает? Сестра моя у них в горничных служит.

Лопухов. То-то я дивлюсь, почему бы Шадрину отпуск?

Шадрин. Какой ты человек, Лопухов… Я третий год без выходу в окопах… Мои товарищи давно… царство небесное… в отпуск сходили, а я все еще тут…

Лопухов. Полк для особых операций на Питер посылают. Интересно знать, чью команду будет слушать Иван Шадрин?

Шадрин. Ничью.

Лопухов. Не выйдет, Ваня.

Шадрин. Ко двору!.. Если меня опять не пустят ко двору, я не знаю, чего наделаю.

Лопухов. Люди говорят, будто я тоже мужик, или это брехня?

Евтушенко (Лопухову). Отчипись от хлопца. Шадрин — гарный человек. Слухай, Лопухов, газетки нема?

Лопухов. Есть.

Стамескин. «Солдатская правда»?

Лопухов. Других не ношу. Тут есть слова Ленина, мы со связистами читали статью, да вот — смерклось.

Шадрин. Давай посвечу. У меня фонарик живет.

Стамескин. Свети.

Лопухов. Вот. (Читает.) «Нельзя вести массы на грабительскую войну в силу тайных договоров и надеяться на энтузиазм».

Шадрин. Это как же понимать? Нельзя солдат морить?

Стамескин. Нельзя.

Шадрин. Вот это окопы чувствуют.

Лопухов (читает). «Передовой класс России, революционный пролетариат, все яснее осознает преступность войны…»

Второй солдат (со стороны). Ребята… голос полкового.

Шадрин. Лопухов, дай мне газетку… Ты в свой взвод пойдешь, а мы дочитаем.

Лопухов. Ладно, но береги.

Шадрин спрятал газету на груди под шинелью. Все заняли свои места. Явился капитан.

Капитан. Сидите, ребята. Последнюю ночь сидим с вами в окопах. С рассветом выходим в глубокий тыл. Я, как вы знаете, не люблю от солдата скрывать ход наших военных дел. Язык нам перенес, что надо ждать атаки. Атаки я все же не жду, у противника на нашем участке очень мало живой силы, но приготовиться надо. Как вы думаете?

Лопухов и другие. Так точно, господин капитан.

Капитан. Это вы, Лопухов? Я вас очень часто встречаю в полку, гражданин Лопухов.

Лопухов. Я в своей роте, господин капитан.

Капитан. Да, но не в своем взводе.

Лопухов. Взводы стали маленькие, господин капитан, не разберешь, где кончаются.

Капитан. Дерзкая речь не дает понятия о большом уме. Я лучше вашего знаю потери своего полка, ибо ни одного боя не провел в стороне от моих бойцов.

Лопухов. Я ведь только правду сказал, господин капитан.

Капитан. А я без вас знаю, какие у меня взводы.

Лопухов. Виноват… не буду.

Капитан (увидел Шадрина). А-а, Шадрин… Тебе вышел отпуск домой на побывку. Мною подписан приказ…

Шадрин. Покорнейше благодарю, господин капитан.

Шадрин вытянулся. Под ноги ему из-под шинели упала газета. Шадрин этого не заметил, но заметил капитан.

Капитан. Подымай газету!

Шадрин поднял.

Дай мне.