Только я взялся за блинчики, как пришлось прерваться: в дверях нарисовались два парня. Оба жадно поглядывали на мой завтрак.

— Так-так… Кто это к нам пришел?

Ко мне в комнату ввалились два моих закадычных друга — Финмен и Кренч.

Это высокие и худые парни, лица у них немного придурковатые. Зато они часто улыбаются и всегда не прочь подраться друг с другом. Эти ребята вообще ни минуты не могут постоять спокойно.

У Финмена длинные жидкие волосы, сильно смахивающие на старую, облезлую мочалку. А у Кренча короткая стрижка, и голова кажется какой-то плоской. Да она у него на самом деле приплюснутая!

— Как жизнь, Берни? — спросил Кренч.

Финмен потянулся было за тостом, но я быстро шлепнул его по руке.

Бельцер, Финмен и Кренч ютятся втроем в маленькой комнатке аккурат напротив моей. Они сами так решили. Типа, мне нужна отдельная комната и все такое. Ну, в общем-то они правы — мне действительно необходима тишина и покой, чтобы вынашивать свои гениальные замыслы и разрабатывать умопомрачительные планы.

— Все о'кей. Давайте докладывайте, — велел я. — Как продаются футболки с Берни Бриджесом?

Кренч покачал головой:

— Никак не продаются, Берни.

— Сколько вы уже продали? — спросил я. — Двадцать? Тридцать?

— Ни одной, — промямлил Финмен. — Ни одной. Знаешь…

— Почему никто не покупает футболки с Берни Бриджесом? — оборвал я его.

— Потому что они колючие, — протянул Кренч. — Кому охота выложить пять баксов за футболку, а потом весь день ходить и чесаться.

— Но ведь на этих футболках мой nopmpeт! — воскликнул я.

Кренч снова покачал головой:

— Берни, мы же говорили — не стоит делать футболки из мешковины. Никто не хочет носить футболки из мешковины.

— Да, но мешковина дешевле, чем хлопок, — возразил я. — Надо же получить хоть какой-то навар!

Финмен пожал плечами:

— Мы не смогли их всучить даже третьеклассникам, ББ. Похоже, тебе придется забыть о футболках.

— Забыть?! — закричал я и вскочил с постели. — Забыть? Да как вы смеете мне такое говорить?! Я почему-то никогда не забываю о вас, когда у вас неприятности! Так?

Мои приятели понурили головы.

— Так, Берни, — хором ответили они.

Финмен снова потянулся за тостом. Я ткнул его вилкой в руку.

— Я никогда ни о чем не забываю, — медленно произнес я. — Я всегда стараюсь вам помочь, парни. Делаю ради вас то, чего не смог бы сделать никто, парни. Или это не правда?

— Правда, ББ, — пробормотал Бельцер и повернулся к Финмену и Кренчу: — Эй, ребята, вспомните-ка, кто убедил нашу повариху, что «Милки Вэй» — это овощ?

— Берни! — гаркнули они.

— А кто уговорил директора Гадюка закупить большую партию геймбоев и признать их необходимым школьным инвентарем? — продолжал Бельцер.

— Берни.

— Кто уговорил миссис Гнус повышать оценку, если ученик согласится поставить на контрольной свою фамилию? — не унимался Бельцер.

— Берни! Берни! — воскликнули Финмен и Кренч.

— Не забудь про тренера, — шепнул я Бельцеру.

— Ой, да! Точно! — выпалил он. — Кто уговорил нашего тренера Бумса признать метание первоклашек в цель новым видом спорта?

— Берни, — ответили мои дружки. — Это все Берни!

— Лучше тебя никого нет, ББ! — воскликнул Бельцер.

Мы все запрыгали от радости, дали друг другу «пять» и обменялись секретным рукопожатием — так могли пожимать руки только те, кто жил в Тухлом общежитии.

— А теперь идите и попытайтесь продать мои футболки из мешковины, — приказал я.

— Продать! Продать! Продать! — завопили Финмен и Кренч и, весело замахав руками, выбежали из моей комнаты.

Не прошло и пяти минут, как я, надев школьную форму, помчался вниз по лестнице. Не хотелось опаздывать на урок миссис Гнус.

На первом этаже я на минуту замер, прислушался — вопли и удары: «Шлеп! Шлеп! Шлеп!»

Это мальчишки развлекались в душе — били друг друга мокрыми полотенцами.

Тухлая школа очень старая. Тут куча славных обычаев. Один из самых любимых — «шлеп-плюх мокрым полотенцем».

Я подошел ближе к душевой.

ШЛЕЕЕЕЕП!