В статьях «Финансовое положение Франции», «Закон 1844 г. об Английском банке и денежный кризис в Англии», «Политические партии в Англии. — Положение в Европе» Маркс высказывает глубокое убеждение в том, что развитие кризиса делало возможной революцию в Англии. С одной стороны, в Англии усиливалась эксплуатация рабочего класса, обострялись противоречия между пролетариатом и буржуазией, быстро росла нищета народных масс, шел процесс разложения старых правящих партий. С другой стороны, Англия после Крымской войны была связана союзом с Наполеоном III, причем ее военные силы и средства были отвлечены индийским восстанием и китайской войной. Англия, делает вывод Маркс, не смогла бы стоять в стороне в случае серьезного революционного взрыва на европейском континенте, она была бы не в состоянии занимать «ту же надменную позицию, которую она занимала в 1848 и 1849 годах», и «служить препятствием явно приближающейся европейской революции» (см. настоящий том, стр. 244–245 и 519).

Маркс останавливается на некоторых особенностях английской политической жизни во второй половине 50-х годов. В статьях «Поражение министерства Пальмерстона», «Предстоящие выборы в Англии», «Английские выборы», «Поражение Кобдена, Брайта и Гибсона» он метко характеризует систему буржуазного парламентаризма в Англии, которая состоит в том, пишет он, что «в известные торжественные моменты либо виг передает свою безответственность тори, либо тори — вигу. Министерская ответственность сводится здесь к погоне за теплыми местечками, которая становится основным занятием парламентских партий» (см. настоящий том, стр. 635). Маркс отмечает, в частности, продолжающийся процесс разложения традиционных правящих партий Англии — тори и вигов. Подчеркивая тенденцию к превращению этих двух старых партий в одну аристократическую партию, Маркс указывает на то, что дальнейшее существование тори и вигов становилось возможным только при условии подчинения их общих интересов интересам буржуазии. Вместе с тем он констатирует тенденцию английской буржуазии к компромиссу с аристократами. Этим Маркс вскрывает существенные черты того процесса развития английской двухпартийной системы, который привел в дальнейшем к превращению старых аристократических партий тори и вигов в две попеременно правящие партии английской буржуазии — консерваторов и либералов. Полностью удовлетворенная завоеванием свободы торговли и политических прав, английская буржуазия, отмечает Маркс, открыто шла в 50-х годах на союз с аристократией из-за страха перед рабочим классом и во избежание уступок ему. В статьях «Результаты выборов» и «Английская фабричная система» Маркс говорит об отказе английской буржуазии от борьбы за демократические преобразования английского государственного строя. Поражение представителей так называемой манчестерской школы на выборах 1857 г., пишет он, явилось ярким доказательством того, что английская буржуазия отрекалась от руководства демократическим движением в стране, которое она узурпировала во время агитации Лиги против хлебных законов. Вместе с тем Маркс и Энгельс предвидели, что поражение лидеров промышленной буржуазии в Манчестере неизбежно должно было способствовать оживлению агитации за избирательную реформу в Англии. Маркс и Энгельс надеялись, что агитация эта могла вызвать серьезный политический кризис, который способствовал бы развитию революционного движения на континенте.

Разложение и бессилие старых аристократических партий и отсутствие революционной энергии у буржуазии, писал Маркс, создали условия для пребывания у власти олигархической клики, возглавляемой Пальмерстоном. В ряде статей Маркс характеризует этого типичного представителя правящей аристократической олигархии как противника всяких реформ в области внутренней политики, как вдохновителя колониальной экспансии и ярого поборника агрессивной внешней политики, с помощью которой английская буржуазия старалась отвлечь внимание пролетариата от внутренних вопросов. Вскрывая причины популярности и влияния Пальмерстона, стяжавшего себе славу «истинно британского министра», Маркс показывает, что политика его была классическим выражением интересов английской буржуазии, жадно стремившейся к расширению рынков сбыта и закреплению промышленной и колониальной монополии Англии.

В статьях, освещающих положение в Пруссии — «Умопомешательство прусского короля», «Регентство в Пруссии», «Положение в Пруссии», «Новое министерство», — Маркс вскрывает реакционную сущность правления династии Гогенцоллернов, подвергает убийственной критике основы государственного строя прусской монархии, реакционную прусскую конституцию, превратившую в мертвую букву все демократические права народа. Маркс обличает засилье бюрократии, проникавшей во все области общественной жизни прусского государства. Сохранение феодально-монархического строя в Пруссии, указывает Маркс, стало возможным в результате трусливого либерализма прусской буржуазии, все устремления которой ограничивались погоней за выгодными государственными должностями.

В томе публикуется ряд статей Маркса и Энгельса о России. Если в царской России основоположники марксизма продолжали видеть оплот европейской реакции и всегда выступали как непримиримые противники царизма, то совершенно иное отношение было у них к другой России, к России неофициальной, к тем силам, которые в самой стране противостояли царскому самодержавию. После окончания Крымской войны, вскрывшей гнилость царской военно-бюрократической машины, Маркс и Энгельс под влиянием бурного роста крестьянских волнений в России проявляют все больший интерес к перспективам ее революционного развития. Если во время Крымской войны Маркс и Энгельс считали эти перспективы еще сравнительно отдаленными, то теперь они приходят к прямому выводу о назревании революции в России.

В статьях «Политические партии в Англии. — Положение в Европе», «Вопрос об отмене крепостного права в России», «Европа в 1858 году», «Об освобождении крестьян в России» Маркс и Энгельс уже рассматривают Россию как страну, чреватую народной, антикрепостнической революцией, отмечая, что движение народных масс в России приобретает опасный для самодержавия характер, что крестьянское восстание может явиться «поворотным пунктом в истории России» (см. настоящий том, стр. 701). Изучая европейскую международную обстановку во второй половине 1858 г., Маркс высказывает мысль о том, что революционная Россия является потенциальным союзником революционного движения на Западе. Если еще десять лет назад, пишет он, эта великая держава «чрезвычайно энергично сдерживала напор революции», то «в настоящее время у нее самой под ногами накопился горючий материал, который, при сильном порыве ветра с Запада, может внезапно воспламениться» (см. настоящий том, стр. 519–520). В статье «Европа в 1858 году», указывая на симптомы нового пробуждения политического движения во всех европейских странах, Энгельс обращает особое внимание на политическое оживление в России, которое выразилось в подготовке освобождения крестьян от крепостной зависимости.

Маркс, характеризуя международную обстановку в конце 1858 г. в Европе, делает полный глубокого значения вывод о том, что в дальнейшем развитии Европы возможна лишь одна альтернатива: революция или война. Именно в настоящий момент, подчеркивает Маркс, Европа «мечется между обоими решениями этой дилеммы» (см. настоящий том, стр. 679).

В настоящий том включены 26 статей Маркса и Энгельса, не вошедшие в первое издание Сочинений. Некоторые из них были опубликованы в русском переводе в различных советских журналах. Остальные публикуются на русском языке впервые, что оговорено в редакционных концовках к этим статьям.

За исключением четырех статей, все статьи, помещенные в томе, были опубликованы без подписи. Однако авторство подавляющего большинства из них подтверждается пометками Маркса в его записных книжках за 1857 и 1858 годы, перепиской между Марксом и Энгельсом и другими документами.

Как неоднократно указывали Маркс и Энгельс, редакция «New-York Daily Tribune» произвольно обращалась с текстом их статей, особенно тех, которые печатались без подписи в виде передовых. В некоторых статьях Маркса и Энгельса редакция делала многочисленные вставки и добавляла целые абзацы. В настоящем издании такого рода явные добавления исключены из текста статей и воспроизводятся в примечаниях к соответствующему месту той или иной статьи.