Удивительное дело, на фоне последних событий куда-то подевался кризис среднего возраста. Как сказали бы в каком-нибудь рекламном ролике, рассосался сам по себе без побочных эффектов. Одного не могу понять — хорошо это или плохо? Так приятно иногда пожалеть себя, лежа в ароматной ванне с бокалом красного вина, вспомнить минувшее и поплакать украдкой. Или записаться в салон красоты (там особенно хорошо идут истории про то, что жизнь не удалась). Или устроить невероятный шопинг. Или… Но как спасать себя, когда все идет хорошо?! Поневоле и заскучаешь по прежней хандре и апатии. Эх, кризис, кризис! Где же ты?

— Не переживай, — утешила намедни Клара. — Это ты от безделья маешься. Не пройдет и недели, как впутаешься в очередную историю, и вмиг оживешь.

— Ну, уж нет! — я лежала на полу и собирала карту Европы из четырех тысяч кусочков. (Убью Федорова за этот садистский подарок!) Европу я знаю плохо, к тому же карта оказалась на немецком языке, а его я не знаю совсем, кроме слов «Натюрлих!» и «Данке шён». — Больше никаких детективов и загадок. Буду вести жизнь добропорядочной бюргерши русского происхождения. Утром — на работу, вечером — с работы. После шести не есть ничего жирного и жареного и не пить алкоголя.

— Где ты такую бюргершу видела? — удивилась Клара.

— Нигде, я ее придумала, — мне, наконец, удалось найти кусочек со словом «Берлин». В конце тоннеля забрезжил свет. Еще 3 999 паззликов, и карта Европы практически готова. — Что у нас находится рядом с Берлином?

— Берлинская стена, — рассеяно брякнула бабуля. — Эфа, а ты не знаешь, кто стащил у нас со двора кенгуру? Вчера был, а сегодня смотрю, уже нет. Может, близнецы?

— Понятия не имею!

Я нашла кусочек со словом «Санкт-Петербург». Процесс пошел. Главное — начать.

— Но надеюсь, что он попал в хорошие руки, — и после секундной паузы мечтательно добавила: — С эрогенными зонами.