На наше счастье, фургон оказался на месте. Кое-как уложив Напалма в автомобиле, я тут же завалился рядом и принялся жадно глотать воздух. Вера с Николаем начали перевязывать пироманта, а заскочивший вместе с нами Володя захлопнул дверь. Второй солдат устроился на переднем сиденье рядом с уже повернувшим ключ в замке зажигания лейтенантом.

Рявкнув мотором, фургон медленно выехал на дорогу и по его бортам тут же заколотили пули. Выругавшийся лейтенант вывернул руль и, подпрыгивая на выбоинах, мы выкатились на Красный проспект. С хрустом переключив передачу, усатый прибавил скорость и угодивший в глубокую колею автомобиль помчался прочь от впустую тративших патроны уродов.

– Напалм, ты живой еще? – Немного отдышавшись, я вытер с лица пот и ухватился за приваренную к стене ручку.

– Не дождетесь, – приподнял голову тот, пытаясь наблюдать за манипуляциями Веры. – Ты б там поаккуратней…

– Не дергайся, – шикнула на него девушка. – Жить будешь…

– Но недолго… – пошутил пиромант и тихонько запел: – «Эй, сестра, лезь ко мне на нары и будем воевать, будем воевать»…

На большее его не хватило – закашлявшись, пиромант замолчал и часто-часто задышал.

– В клинику надо, пуля внутри осталась. Я пока «стылый компресс» наложила, но надолго его не хватит. – Вера оторвалась от раны, и в этот момент лейтенант ударил по тормозам. Девушку бросило на какой-то мешок, парни покатились кубарем, а у меня от рывка чуть не вывихнуло запястье.

– Чтоб тебя! – выругался я. – Куда смотришь?!

Газанув, лейтенант развернул фургон поперек проспекта, а в следующее мгновение покрылось трещинами лобовое стекло – перегородившие дорогу вытащенным на проезжую часть фонарным столбом уроды открыли огонь из охотничьих ружей и карабинов.

Словивший сразу несколько пуль рядовой обмяк на сиденье, а его вовремя пригнувшийся командир уже вывернул руль и помчал нас обратно. Вот прострелят сейчас шины и хана…

– Куда? – крикнул выглянувший в окно Николай, когда фургон съехал с проспекта и понесся по едва расчищенной от снега дороге, которая уходила во дворы. Все бы ничего, но это была дорога в гетто.

– А куда еще?! – выбив остатки лобового стекла, заорал в ответ лейтенант. – К автотранспортной базе возвращаться нельзя, а другой дороги здесь нет – только эту чистят!

– И что делать? – повалился Ветрицкий на мешки рядом с Верой.

– Проскочим мимо пропускного пункта, дальше уйдем своим ходом.

– Может, сразу во дворы? – предложил я.

– Толку-то? Надо подальше отъехать, а зде… – на полуслове замолчавший лейтенант бросил машину вправо и резко затормозил. Оставивший за собой полосу подтаявшего снега ослепительный росчерк «Огненного улья» прошел мимо, а мчавшийся на приличной скорости фургон не вписался в поворот.

Второй раз выстрелить зачем-то выбравшийся на дорогу человек не успел – выскочившая из машины Вера, использовав в качестве упора для снайперской винтовки капот автомобиля, прострелила ему грудь.

– Слышите? – насторожился вдруг выпрыгнувший в снег лейтенант.

– Стреляют вроде, – приходя в себя после удара о борт, помотал я головой. – Напалм, ты как?

– Черт, он отрубился, – заглянула в фургон Вера. – Растрясли. Как бы внутреннее кровотечение не усилилось.

– В гетто стреляют, что ли? – обернулся к служивому удивленный Ветрицкий.

– Уходим, быстро! – Углядев приближавшиеся со стороны Красного проспекта огни фар, лейтенант бросился к поваленной бетонной плите забора. Вытащивший из автомобиля два автомата рядовой тут же помчался за ним.

– Ты куда?! – заорал я. Теперь звуки пальбы слышались не только со стороны гетто и прилегавших к нему жилых кварталов северной окраины, но и от автотранспортной базы. И что самое поганое – во дворы и вправду не уйти: меж домов замелькали лучи то ли электрических фонарей, то ли магических светильников. Похоже, на подходе подмога к подстреленному нами часовому.

– Времени нет, бегом! – позвал нас за собой лейтенант. – Мы территорию как свои два пальца знаем, укроемся – даже уроды не найдут. А наши все равно первым делом сюда штурмовые отряды двинут, тогда и выйдем!

– Нам к врачу надо, – потормошила за руку пироманта Вера. – И чем быстрее, тем лучше.

– Там клиника есть, отправим кого-нибудь за доктором, – не задумываясь, соврал усатый и виновато отвел глаза. Все верно, меньше всего сейчас он о здоровье пироманта думает, ему бы свою шкуру спасти. Вот именно – спасти. Ну не самоубийца же он сам голову в петлю совать. А значит, есть смысл к его словам прислушаться… – Бегом, бегом!

Мы с Николаем осторожно вытащили пироманта из фургона и поволокли через пролом в огораживающем гетто заборе. Рискуем, блин. Как бы на местных обитателей не нарваться. Не думаю, что они нам будут рады. Хотя это с какой стороны посмотреть…