Вечная тревога... Что управляло этой необоримой стихией? По каким законам она дышала, то вздымаясь и заливая набережную, то опадая и милостиво разрешая Городу на Острове продолжать свое существование? Влад не знал этого. Наверное, этого не знал никто.

Он смутно помнил пугающие картины того, что или привиделось ему в кошмарном сне, или же происходило наяву - серые потоки, мчащиеся вдоль глухих стен и несущие на себе плетеные кресла, мусорные баки и сломанные ветви фруктовых деревьев из разоренных садов; он помнил людей, застывших на крышах и забравшихся на фонарные столбы...

Да, в каждом дворе наготове лежали плоты. Но куда в случае беды плыть на этих плотах? Кружить над залитым Водой Островом и ждать, когда появится из пучины крыша самого высокого в Городе восьмиили девятиэтажного здания Магистрата, извещая своим появлением о том, что Вода пошла на убыль? Но когда это случится, через сколько дней и ночей? И случится ли вообще?.. Смерть достанет с полки другой свой инструмент - Голод, - и раньше или позже, но все-таки отпразднует свою окончательную победу.

Ну разве будешь тут жить спокойно и безмятежно?..

– Думаешь, пора готовить плоты?
– сказал кто-то за спиной понуро глядящего на Воду Влада.

Влад вздрогнул и обернулся, хотя почти сразу узнал голос Альтера.

Альтер стоял, скрестив руки на груди и поставив ногу на ту скамью, с которой Влад недавно поднялся, - высокий, белокурый и сероглазый, одетый, по своему обыкновению, в едва прикрывающую плечи накидку цвета черепицы, завязанную протянутым сквозь окольцованные светлым металлом дырочки тонким черным шнуром, и не доходящие до колен зеленые шорты, подпоясанные широким, тоже черным, ремнем с простой металлической пряжкой; на правой руке Альтера скромно чернели два перстня - он не любил украшать себя, и в этом был похож на Влада. Зато ногти на босых ногах Альтера отливали перламутром.

Альтер был одним из тех немногих горожан, кого Влад хорошо помнил, как помнил Дилию, мерзавца Скорпиона и завсегдатая питейных заведений Вийона. Он выделял их из остальной массы жителей Города и сразу бы узнал, встретив на улице. А вот другие как-то не запоминались. Даже соседи. Владу нравился этот рассудительный и спокойный молодой человек, нравилось беседовать с ним, хотя он не мог бы сейчас восстановить в памяти содержание их бесед. Альтер, кажется, тоже принадлежал к прослойке "высших"

и не обременял свою жизнь трудом в хлебопекарне, на кухне в каком-нибудь кафе или на той же ткацкой фабрике. Но и к праздношатающимся причислить его было нельзя: он время от времени уходил куда-то по каким-то своим делам и вовсе не казался подавленным или встревоженным, и не жаловался на жизнь. Возможно, он просто смирился с постоянным присутствием угрозы и нашел в себе силы не обращать на это внимания - или же очень хорошо скрывал смятение, тревогу и томление, те чувства, что навсегда поселились в душе Влада.

Влад повернулся спиной к Воде, присел на широкий верхний край ограды и кивнул, приветствуя Альтера. Тот, не меняя позы, ответил легким поклоном.

– Думаю, если Вода вознамерится погубить нас, никакие плоты не помогут, - ответил Влад на вопрос Альтера.

Альтер чуть склонил голову к плечу, словно вслушиваясь в привычную тишину, и прищурился:

– С чего ты взял, что у Воды есть какие-то намерения? Ты сидишь в своем саду под яблоней и яблоко падает тебе на голову. Или похуже: с крыши падает черепица, опять же тебе на голову. Разве у яблока или черепицы было намерение проверить прочность твоей головы?

Влад пожал плечами:

– Не знаю. Не думал об этом. Возможно, это чистая случайность.
– Он помолчал немного и добавил: - Но ведь возможно и другое: нечто старается постоянно напоминать нам о том, что наши жизни зависят от него. Вода... Белый Призрак... Это палки, которыми нас лупят, чтобы мы не особенно веселились.

– И как ты представляешь себе это нечто?
– подавшись к Владу, с любопытством спросил Альтер.

– Не имею ни малейшего понятия, - искренне ответил Влад.
– Может быть, что-то невидимое над нами... или там...
– он махнул рукой в сторону горизонта.
– Или за небом. И вообще, ничего я не знаю, Альтер. И, наверное, никто не знает. Во всяком случае, такой человек мне не известен.

Альтер убрал ногу со скамьи и опустил руки. Потом медленно обошел скамью и сел, не сводя с собеседника какого-то странного взгляда.

– Ничего я не знаю, - почему-то смутившись, повторил Влад.

– А ты не задавался вопросом: почему нас лупят этими палками? В чем, собственно, мы провинились?

– Вот именно, что ни в чем. Я же говорю: просто для того, чтобы мы особенно не веселились, не задирали нос. Хотя я бы не сказал, что у нас тут очень уж весело. Скорее, наоборот...