— Возможно.

Дуглас Уиллер тихо выругался. Сэнфорд снова углубился в содержание папки. Через минуту он взглянул на Джули:

— Когда вы выходили из номера, в коридоре никого не было?

— Нет.

— Горничная, официант…

— Никого не было.

Молодая женщина вспомнила, как они шли к лифту. Пол обнял ее одной рукой за плечи. Он был таким родным, когда вот так шел рядом с ней… Сильным, добрым, все понимающим. Таким непохожим на то, что сейчас лежит под простыней в морге… Пол спросил, счастлива ли она, и Джули ответила, что совершенно счастлива.

— Вы разговаривали с другими пассажирами после того, как вошли в лифт? — спросила Кимбалл.

— Нет.

— А мистер Уиллер?

— Нет.

— Вам не показалось, что кто-то из них вас узнал?

— Нет.

— А между собой они говорили?

— Да. Женщины о чем-то беседовали. На нас никто не обратил внимания. Молодой человек молчал, он просто сделал шаг назад, чтобы освободить нам место. Мне показалось, что он думал о чем-то своем.

— Он прибыл сюда из Калифорнии и торопился на встречу, назначенную на половину четвертого. Боялся, что опоздает, — объяснила Кимбалл. — Мы проверили.

— А эти две дамы из Нэшвилла, — добавил Сэнфорд. — Они приехали на свадьбу одной своей родственницы, которая состоится в выходные.

— Как им не повезло… — вполголоса заметила Джули.

Разумеется, все, кто находился в лифте, пострадали материально и получили психологическую травму. Но эти трое никого не потеряли, только она… Эти трое были связаны с Полом Уиллером лишь коротким пребыванием в лифте… Для них он несчастная жертва, не больше. Безусловно, этот случай ни для кого из них не пройдет бесследно. Они будут вспоминать его каждый раз, входя в кабину, но он не стал самым страшным в их жизни. Для этих людей последствия произошедшего не были невосполнимыми.

Сэнфорд положил ручку на стол:

— Почему бы вам не рассказать нам все с самого начала? Не только для того, чтобы послушал мистер Уиллер, но и для того, чтобы мы еще раз услышали всю историю.

Детектив переплел длинные пальцы и зацепил их за брючный ремень — весь внимание.

Кимбалл прислонилась к углу его стола. Дуг закрыл подбородок и губы ладонью и посмотрел в глаза Джули.

Она описала короткий спуск до следующей остановки на восьмом этаже, рассказала, как открылись двери, вошел грабитель и нажал кнопку, оставляя их открытыми.

— Ваше первое впечатление? Что вам бросилось в глаза? — спросила Роберта.

— Маска. Акулья пасть.

— Вы не могли разглядеть его черты?

Джули отрицательно покачала головой:

— Открытым не было ни кусочка кожи. Даже на кистях… Он заправил рукава костюма в перчатки. Маска спускалась до самого горла, а куртка была застегнута на молнию до подбородка.

— Рост, вес?

— Он повыше меня, но совсем чуть-чуть. Комплекция средняя.

Детектив кивнул. Видимо, другие свидетели описывали преступника так же.

— В ближайшие несколько дней мы попросим вас прослушать несколько записей. Может быть, вы сможете узнать его по голосу. У нас есть фонотека тех, кто уже совершал преступления, — сказал Сэнфорд.

От упоминания о голосе сердце Джули замерло, а потом бешено заколотилось.

— Голос был жутким.

— Одна из женщин сказала, такой, как будто ногтями скребут по стеклу.

— Хуже. Значительно страшнее.

Джули вдруг вспомнила о том, что на убийце были большие очки.

— У него очки были очень темными, отчего глаза казались совсем черными… Прямо как у акулы. Но я чувствовала, что он смотрит на меня.

Сэнфорд слегка наклонился вперед:

— Если вы не могли видеть его глаза, как поняли, что преступник смотрит на вас?

— Не знаю. Просто поняла, и все.

Некоторое время все молчали, затем Кимбалл решила подсказать свидетельнице:

— Он велел всем встать на колени…

Джули продолжила рассказывать и дошла до того момента, когда Пол обратился к грабителю.

— Он сказал: «Итак, вы получили то, что хотели. Полагаю, это все?» По тону Пола я поняла, что он не столько напуган, сколько рассержен.

— Вероятно, так и было, — заметил Дуг.

— Я повернулась к Полу, хотела попросить, чтобы он не провоцировал грабителя. И в этот момент…

Неожиданно у молодой женщины вырвалось сдавленное рыдание, и она замолчала. Джули наклонила голову и закрыла ладонями глаза…

Все молчали. Тишину нарушало только тиканье чьих-то часов. Джули подняла взгляд.

— Почему он потребовал у нас только кольца и часы?.. Почему не взял бумажники? Разве это не практичнее? Украшения надо продавать или закладывать, а в бумажниках есть наличные, кредитные карточки.