Шрифт:
МУЧЕНИК
НАРОДНЫЕ ЧУВСТВА 15 АПРЕЛЯ 1865 ГОДА
Перевод Игн. Ивановского
Пятница страстная Стала черным днем беды. В этот день его убили, Хоть вели его труды К надежде и добру. А он так хотел спасти Заблудившихся в пути, И терпимость в нем была К побежденной злобной силе, Но они его убили Со спины, из-за угла. Плачут сильные душой, И скорбь страны горька. Но у скорбного народа Железная рука. Берегитесь — у народа Железная рука. Отец лежит в крови, Осиротел народ. Но на смену Миротворцу Мститель праведный встает, Мститель мудрый и крутой. Он исполнит до конца Волю вышнего творца И убийц повергнет в прах, Ибо нет путей их силе, И Отца они убили, Кровь его — на их руках. Плачут сильные душой, И скорбь страны горька. Но у скорбного народа Железная рука. Берегитесь — у народа Железная рука.«ПРЕЖНЯЯ РАБЫНЯ»
ИДЕАЛИЗИРОВАННЫЙ ПОРТРЕТ РАБОТЫ Э. ВЕДДЕРА НА ВЕСЕННЕЙ ВЫСТАВКЕ НАЦИОНАЛЬНОЙ АКАДЕМИИ 1865 ГОДА
Перевод С. Сухарева и С. Шик
В ней — мука целого народа, Которому судьбой Хоть поздно, но дарована свобода; В чертах ее — покой. Потомки радости узнают, Неведомые ей; И в тихом забытьи она провидит Явленье светлых дней. И счастья долгие века Предсказывая просветленно, Сияет смуглое лицо Сивиллы благосклонной.ЗАПОЗДАЛОЕ ВЕЛИКОДУШИЕ
Перевод С. Сухарева и С. Шик
«Оставим резкие слова: Борьба завершена. Тебе я руку протянул, Взгляни же — вот она! Ты отвернулся? Но тебе Желаю я добра: Ты храбро бился, а теперь Вражду забыть пора. Ни слова?.. Что ж, я победил, Но я тебе не враг. Уткнулся в стенку и молчишь? Нет, не уйду я так! Забыть о дружбе дней былых? Упрямец, сумасброд!» Склонившись, руку он схватил — Но та была как лед.МОГИЛА БЛИЗ ПИТЕРСБЕРГА, ШТАТ ВИРГИНИЯ
Перевод С. Сухарева и С. Шик
Над могилой насыпан холм, Поросший зеленой травой. Дэниел Драут здесь погребен — Вечный ему покой! Вспыльчив и на расправу скор, Адским пылал огнем, Но пламя угасло — отныне он Глубоким почиет сном. Да будет пухом ему земля! Имел он стальной закал — И много преданных, честных сердец В гневе сразил наповал. Да будет пухом ему земля! Пусть годы мирно текут — И никто не посмеет нарушить покой Ружья, погребенного тут.