– Наверное, у вас были серьезные причины для такой задумчивости?

– Да, я была на консультации у своего астролога, и он сказал, что меня сегодня ждет важное событие, – призналась Беатрис.

Она впервые видела Ника и, кто знает, увидит ли его вновь. Но почему же так легко ему все рассказывать? А ведь разговаривая с Дарелом о предсказаниях звезд, Беатрис до сих пор смущалась, словно была неуверенной в себе маленькой девочкой. Наверное, все из-за того, с каким высокомерно-покровительственным видом слушал ее рассказы Дарел… Но ведь все так относятся к ее увлечению. Или не все?

– У вас есть личный астролог?

– Да, и я постоянно пользуюсь его услугами! До сих пор звезды давали мне только дельные советы, – с легким вызовом заявила Беатрис.

Она украдкой посмотрела на Ника. Как он отреагирует? Его лицо было совершенно спокойным, и она против воли залюбовалась этими немного неправильными, но очень привлекательными чертами: нос с легкой горбинкой, высокие выделяющиеся скулы, губы тонкие, очень красивой формы, но обо всем можно забыть, стоит только посмотреть в его глаза!

Многие девушки позавидовали бы таким густым и длинным ресницам. Но они совершенно не лишали Ника мужественности, просто делали его глаза очень выразительными! Но все равно даже такое сокровище было не главным. Сами глаза – светло-карие, теплого янтарного оттенка, совсем как у тигра, разве что зрачок человеческий.

Интересно, а тигры обладают гипнотизирующим взглядом? – вдруг подумала Беатрис и укорила себя за такие мысли. Что это с ней сегодня творится?

– А я вот никогда не читал гороскопы, – признался Ник, то ли не замечая, то ли игнорируя рассматривания.

– Может быть, вы и правы, – спокойно сказала она. – Те гороскопы, что печатаются в еженедельниках на последней странице, читать не стоит – глупая трата времени: ничего конкретного, а чаще всего просто ложь. Но профессионально составленный гороскоп совсем другое дело!

– Честно признаться, я не могу понять, как звезды могут повлиять на мои поступки.

Ник улыбнулся, совершенно искренне и открыто. На щеках его появились ямочки. Если бы не Дарел, я бы в него влюбилась! – подумала Беатрис, рассматривая эту чудесную улыбку.

– Человек сам принимает решения, не зря же у него есть свобода воли, – принялась объяснять Беатрис. – Звезды не могут руководить нами, они могут лишь указывать, направлять, помогать. Свою судьбу мы строим своими руками.

– Наверное, вы очень сильный человек, мисс Роллинг.

– Зовите меня просто Беатрис.

– Тогда я – просто Ник и на «ты».

– Договорились! А почему я сильный человек?

– Ты так уверенно говоришь о самостоятельности, свободе выбора. А мне всегда казалось, что те, кто верит гороскопам, слабовольные, зависимые люди и что предсказаниями они пользуются лишь потому, что не знают сами, как поступить.

– О! Поговорил бы ты с моей мамой! – рассмеялась она. – Я с пеленок твердо знала, что мне нужно делать.

– А я бы не отказался поговорить с твоей мамой! – вдруг сказал Ник.

– Странно, обычно мужчины боятся знакомства с родителями, – поддела его Беатрис.

– Ты не соответствуешь моим представлениям о любителях гороскопов, я не соответствую твоим представлениям о мужчинах, по-моему, у нас получилось очень интересное знакомство.

– Да, с этим сложно спорить, – согласилась Беатрис. – Кстати, звезды сегодня предсказывали мне интересную встречу!

– Серьезно?

– Серьезно!

– А мне предсказывали? – поинтересовался Ник.

– Для того чтобы ответить на твой вопрос, нужно составить гороскоп твоего рождения, а уж потом составлять ежедневные гороскопы.

– С первой частью все просто. Я родился восемнадцатого февраля шестьдесят пятого года. Теперь ты можешь составить мой гороскоп?

– В детстве я увлекалась астрологией, но потом поняла, что на все меня не хватит, – ушла Беатрис от вопроса, но дату рождения Ника запомнила. Мало ли…

– Были еще какие-то увлечения?

– Почему же были? Я всегда мечтала открыть свой салон красоты. И сделала это! Я даже поступила со стипендией в Рокфеллеровский университет.

– В Рокфеллеровский университет? – переспросил Ник. – Я тоже там учился!

– Когда?

– О! Это было давно. Думаю, мы не пересекались.

– Так уж и давно?

– Я его окончил почти пятнадцать лет назад.

– Да, мы не пересекались, – согласилась Беатрис. – Знаешь, даже жаль.

– И все же у нас есть кое-что общее! – торжественно заявил Ник. – У вас преподавал высшую математику профессор Корридж?