Шрифт:
Дроиды-разведчики прочирикали команды, и панель начала опускаться.
Не так быстро, как опускался бы репульсорный подъёмник.
Стены круглой шахты были сделаны из древнего керамакрита, потрескавшегося и местами покрытого пятнами.
— Если там кто-нибудь есть, — сказал Дайн Задире, — им, вероятно, уже известно о нашем приближении.
Бойцам спецназа не требовалось указаний. Платформа остановилась, и в ту же секунду они заняли позиции для стрельбы, держа оружие наизготовку.
Мрачное помещение, оплетённое проводами и заставленное древними машинами, имело некоторое сходство с тоннелями и залами, которые они исследовали по пути сюда из Заводского района. Но вот этот, сказал себе Дайн, — мечта археолога. Возможно, всё это осталось от зданий, стоявших здесь во времена туманного прошлого Корусканта.
В двадцати метрах перед ними, в щель вокруг большой металлической двери пробивался слабый свет. Дайн выслал дроидов для сбора информации, затем изучил экран компьютера.
— За дверью находится одно существо из плоти и крови, — прошептал он Задире. — Данные сканирования также свидетельствуют о присутствии дроидов.
Он взглянул на ЭРК.
— Ваш выход, коммандер.
Задира внимательно посмотрел на дверь.
— Мы и так зашли слишком далеко. Я — за то, чтобы войти, как к себе домой.
Сердце Дайна бешено забилось.
— Найти и уничтожить!
Глава 41
В помещении, служившим архивом завода по добыче плазмы компании «ЛайМердж», части боевых дроидов громоздились так высоко, что Оби-Ван и Энакин уже едва могли видеть колеблющееся голоизображение Дуку.
Методичное уничтожение дроидов — по сути, сражение свелось как раз к этому — начало утомлять Оби-Вана. Он отрубал им головы и руки уже без той хирургической точности, какую демонстрировал в начале боя. Куски, на которые он разрубал своих длинных и тонких противников, и удары, пронзающие их грудные пластины, уже не были такими аккуратными.
Ни он, ни Энакин не полагались только на мечи. Призвав Силу, они швыряли в противника всё, что можно было поднять с пола или сорвать со стен. Энакин опрокинул четырёх дроидов при помощи Силы и разрубил более полудесятка своим сияющим клинком, а затем прыгнул, приземлившись прямо на голову ошеломлённому дроиду, и понёсся по головам к дальнему концу зала.
Но вместо каждого уничтоженного дроида появлялось пять новых, они создали непроходимую преграду между джедаями и дверью, за которой исчез граф Дуку за несколько секунд до того, как они вошли.
— Дуку! — прорычал Энакин сквозь стиснутые зубы. — Я убью тебя!
— Сдерживай гнев, Энакин, — сумел сказать Оби-Ван между вдохами. — Не доставляй ему удовольствие.
Энакин бросил на него хмурый взгляд.
— Что, гнев делает меня слишком сильным, учитель?
Не успел Оби-Ван ответить, как в двери за его спиной ворвалось двадцать боевых дроидов. Крутанувшись на носках, он отразил первый залп, затем добрался до кучи искалеченных боевых машин. Там к нему присоединился Энакин. В надежде, что Дуку услышит, он крикнул:
— Что бы здесь ни случилось, Дуку, твоей Конфедерации конец! Республика прогонит вас прочь — даже твоего хозяина Сидиуса!
Появились ещё дроиды.
Для Дуку это не более чем игра, решил Оби-Ван. Но если граф хочет увидеть демонстрацию Силы, то Энакин ещё больше хочет её устроить.
— Дуку! — взвыл он.
Взвыл с такой силой и яростью, что потолок огромного зала начал рушиться на них.
Глава 42
— Быстрее, Трипио, — бросила через плечо Падме, — если не хочешь остаться в Сенате навсегда!
Протокольный дроид ускорил шаг.
— Госпожа, заверяю вас, я двигаюсь так быстро, как позволяют суставы. О, проклятье на моё железное тело! Я буду здесь погребён!
Широкие, богато украшенные коридоры, ведущие из Совещательной палаты, запрудили сенаторы, их помощники, работники штабов и дроиды. Многие сгибались под тяжестью документов и дисков с данными, а в некоторых случаях — богатых подарков, полученных в качестве благодарности от лоббистов. За эвакуацией наблюдали сенатские гвардейцы в синих плащах и солдаты-клоны. Они выбивались из сил, поддерживая порядок в коридорах Сената, однако из-за воя сирен и расползающихся слухов тревога начинала уступать место панике.
— Как такое могло случиться? — вопрошал салластанин своего соседа-готала. — Как?
Как они посмели посягнуть на Корускант?
Падме тоже не давал покоя этот вопрос. Но у неё были и другие причины для беспокойства, помимо Корусканта.
Где Энакин?
Она тянулась к нему всеми чувствами, всем сердцем.
Ты мне нужен. Вернись скорее!
Удар Гривуса был рассчитан безукоризненно. Многие сенаторы, которые в другое время могли бы отсутствовать на Корусканте, приехали, чтобы услышать обращение главы правительства к Сенату Республики, а потом остались, чтобы присутствовать на многочисленных приёмах в честь этого события. Теперь, в свете неожиданной атаки, заверения Палпатина казались ещё более жалкими и преждевременными. И несмотря на то, что оптимистичные заявления Верховного канцлера были подхвачены Совещательной палатой, Падме не могла не заметить, что многих её коллег окружали телохранители, или они носили защиту вроде той, какую используют спортсмены, или ракетные ранцы и другие приспособления для экстренной эвакуации.