– Я могу помочь? – Роман Николаевич упорно смотрел мне в глаза.

– Вы можете поделиться информацией. – Я решила, что если он проиграет еще и в «гляделки», то, кто знает, как это отразится на его настроении, поэтому отвела глаза и начала рассматривать присутствовавших в бильярдной.

– А что мне за это будет? – с легкой иронией спросил Доктор.

– Я поделюсь своей.

– Вы считаете, что она мне нужна? – Мой собеседник не стал скрывать скепсиса.

– Я знаю, что вам пригодится то, что я знаю, – улыбнулась я, сделав акцент на слове «знаю».

– Ну что ж, давайте попробуем поделиться друг с другом, – решил наконец-то Доктор и пригласил меня к столику, где были выставлены напитки, стояли вазы с фруктами и подносы с тарталетками, наполненными различными деликатесами. Он взял бутылку коньяка, плеснул в фужер и сделал приглашающий жест в сторону напитков:

– А что будете вы?

Я не стала говорить о том, что я за рулем, а согласилась попробовать полусухого белого вина. Отпила глоток, отщипнула виноградину и начала рассказывать о том, что фирма «Надежность» наняла меня разобраться в случившемся инциденте с Карнауховым. Кое-какие выводы я уже могу сделать и надеюсь, что завтра конфликт будет разрешен. Однако в процессе расследования выяснилось, что проблемой занимается кто-то еще. Эти лица вывезли за город и избили сотрудника фирмы, занимавшегося установкой аппаратуры. Этот молодой человек действительно ничего не знал о происшествии и сам был к нему не причастен. Этот сотрудник остался жив и к вечеру добрался до дома. А вот руководитель фирмы Александр Мыльников пропал. И уже три дня его не могут найти. Я боюсь, что те, кто разбирался в конфликте с фирмой «Надежность», перестарались или держат его в заложниках.

– И что вы хотите от меня?

Интересно, Доктор правда удивился или играет?

– Чтобы вы мне посоветовали, стоит ли вообще его искать?

– А вы уверены, что я скажу вам правду? – Мой собеседник приподнял брови.

– Что бы вы мне ни сказали, я сделаю свои выводы, – мило улыбнулась я.

– С чего вы вообще взяли, что я могу об этом знать?

– Избитый молодой человек опознал одного из ваших людей, – после этих моих слов Доктор по-настоящему удивился:

– И как ему это удалось?

– Я показала ему фотографии, – не стала скрывать я.

На вопрос, где я их взяла, я рискнула и сказала, что сфотографировала вчера на речном вокзале. И показала ему изображение в своем сотовом телефоне.

Доктор усмехнулся, плеснул еще коньяка и провозгласил тост за наше сотрудничество.

Я добавила:

– Взаимовыгодное! – и допила вино, потом вручила Доктору свою визитку и откланялась.

Залесный тоже вышел из бильярдной и предложил попробовать десерт.

От десерта я отказалась, а вот чашечку кофе попросила. Несмотря на позднее время, я не рассчитывала в ближайшие часы отдохнуть, поэтому надеялась, что любимый напиток придаст сил. Да и просто посидеть минут пятнадцать за столом и послушать музыку не помешает – хоть я и постаралась, чтобы со стороны это не было заметно, но определенное количество нервных клеточек в процессе разговора с Доктором у меня выгорело.

Звонок Перова, попросившего срочно приехать к Васильевым, был очень кстати и помог безболезненно распрощаться с Залесным, который уже перешел к комплиментам и попытался назначить мне свидание («Я ведь теперь, Танюша, не ваш клиент, и между нами возможны более тесные отношения»).

Антон с убитым видом потащился за мной следом к выходу. По-видимому, эта встреча произвела на него впечатление, и он начал наконец-то понимать, куда вляпался.

Залесный проводил нас до машины. В знак благодарности за организованную встречу я даже разрешила поцеловать себя в щечку. А когда он выразил надежду на продолжение знакомства, я пообещала обратиться к нему, когда мне еще понадобится помощь.

Где живет Васильев, я не знала, но ведь со мной был Антон, штурманом он был неплохим. Ночной Тарасов совсем не напоминал дневной ужас переполненного автотранспортом города, поэтому до места назначения мы добрались довольно быстро, хотя микрорайон, называемый в народе долиной бедняков, где располагался нужный нам особняк, был на выезде из города. Но дорога туда, в отличие от большинства городских «направлений», была в отличном состоянии. Я помню, сколько перьев сломали тарасовские журналисты, доказывавшие депутатам областной Думы, что те миллионы рублей, которые они собирались истратить на то, чтобы проложить прямую трассу, соединяющую эти выселки с центром города, лучше бы направить на ремонт основных городских магистралей. Но представители народа, как всегда, поступили по принципу «А Васька слушает, да ест» – проведя множество пресс-конференций, «независимых» обсуждений, именно на эту дорогу выделили колоссальные деньги. И как свидетельствовала моя машина, деньги эти были истрачены не зря: мотор урчал от удовольствия, словно выражая чувства водителя, вырвавшегося на оперативный простор, – умеют же, когда хотят!

Трехэтажный особняк вполне соответствовал новорусскому стилю: высоченный забор скрывал готические башенки, окна на разных уровнях и неодинаковых размеров, различные надстройки и мансарды создавали впечатление, что это творение ребенка, который сложил кубики и смотрит: не развалится ли его создание.

Створки ворот разошлись, как только мы подъехали. К дому вела березовая аллея. На крыльце нас ждал Денис. Он провел меня в кабинет к отцу, а Антону предложил подождать в его комнате. За письменным столом я увидела пожилого мужчину в темно-сером костюме в тонкую полоску. Удачно сочетавшиеся с ним галстук и рубашка свидетельствовали о хорошем вкусе хозяина. В принципе об этом же говорила и обстановка кабинета, где все было устроено довольно функционально и современно.

В одном из кресел сидел Перов. Встав из-за стола, Василий Егорович указал мне на соседнее кресло и произнес слова приветствия. Потом он посмотрел на сына и предложил тому подождать в своей комнате.

– Я слышал о вас от Коробкина, у нас с ним иногда возникают совместные проекты, – бросился Васильев с места в карьер. – И сегодня, когда я позвонил ему после того, как господин Перов рассказал мне о случившемся, Коробкин дал вам блестящую характеристику. Сколько вы берете за свои услуги?