— И даже родителям? — уточнила Хелен.

— Само собой, — ухмыльнулся Мика. — Они же не верят ни единому моему слову.

— Ты должен быть предельно осторожен, Мика, если эти люди поймут, что тебе что-то известно, они тебя не пощадят!

— Я понял, понял, — отчаянно закивал головой Мика. Ему казалось, что еще секунда, и он просто взорвется от нетерпения, — Я БУДУ НЕМ КАК РЫБА. Ну же, говорите скорее, что вам известно?!

Хелен наклонилась вперед и прошептала:

— Если ты согласишься играть с ними, ты, возможно, найдешь Элли.

— Как? — Глаза Мики округлились. — Как я могу найти Элли, играя в компьютерную игру?

— Больше я не скажу ни слова, — решительно заявила Хелен, опуская на лоб поля шляпы, — Ты и так выудил из меня слишком много. Просто играй в ту игру, которую они тебе предлагают, и держи рот на замке. Все. Я ушла. Думаю, это были не лакричные пастилки и не лак для ногтей, я хотела купить мазь от подагры.

Мика смотрел вслед Хелен — старушка зашаркала к лифту, большой зеленый шатер на желтых резиновых ногах, — чувствуя, как все его существо наполняется легкостью и ощущением невероятного счастья. Ночные кошмары, насмешки, обиды, недоверие, тяжким грузом давившие ему на плечи все эти долгие месяцы, вдруг исчезли. Мике казалось, что он парит в дверном проеме, несмотря на стягивающий горло тяжелый железный ошейник. Хелен обернулась, ее губы дрогнули в улыбке, она помахала Мике рукой и вошла в лифт. Мика расплылся в ответной улыбке, это была широкая, счастливая улыбка, так Мика не улыбался уже очень давно. И в этот самый момент где-то высоко над его головой, в черных глубинах космоса улыбалась Элли, ее губы вдруг сами собой растянулись в улыбке.

Мика понимал, что совет Хелен «играй с ними в их игру» относится не столько к компьютерной игре, сколько к его поведению в школе: держи при себе свои подозрения, не нарывайся на неприятности и постарайся убедить окружающих, что ты все осознал, искренне раскаялся и готов каждый день пить коктейль «Бодрость». Когда родители вернулись с работы, они застали дома совершенно другого Мику. Он извинился перед мамой и папой за доставленные неприятности, пообещал пить витаминный коктейль и приготовил им чай. Когда же родители поужинали, Мика убрал со стола и помыл посуду — до сих пор за ним такого не водилось, — и даже подмел пол у себя в комнате!

— Как прошла встреча с Хелен? — спросил потрясенный Дэвид, наблюдая за Микой, который прошествовал в ванную с кучей своих грязных носков и футболок и затолкал их в корзину для белья.

— Нормально, — ответил Мика.

— О чем вы говорили? — поинтересовалась Аша.

— Да так, поболтали, немного, — на ходу бросил Мика и быстро юркнул в свою комнату, чтобы избежать дальнейших расспросов, — Я, пожалуй, займусь сортировкой бусинок, — сказал он, закрывая за собой дверь.

Аша и Дэвид в недоумении переглянулись.

— Этой женщине нужно выдать медаль, — прошептал Дэвид.

Утром в понедельник, вернувшись в школу, Мика в присутствии мистера Грея, который следил за ним своими колючими, похожими на серую речную гальку глазами, честно выпил целый стакан коктейля. Холодная липкая жидкость заполнила рот и медленно потекла в горло. Мику едва не стошнило, но он невероятным усилием воли заставил себя сохранить невозмутимое выражение лица. Нельзя, чтобы директор видел, насколько ему противно. Мика не собирался давать ему повод для новых репрессий, а судя по сожалению, которое было написано на физиономии мистера Грея, когда он снимал с Мики ошейник, директор ждал — малейший намек на неповиновение со стороны Мики, и все начнется сначала. Поэтому Мика позволил себе гримасу отвращения, только оказавшись за дверьми директорского кабинета, и то лишь на мгновение: если уж играть в их игру, то он намерен выиграть.

«Я найду тебя, Элли, — прошептал Мика, — даже если это будет стоить мне жизни».

Чувства Мики были обострены до предела. Вечером того же дня, когда они с Коби Ненко отправились в новый игровой центр, ему казалось, что детали окружающего мира стали видны более явственно, как будто их обвели четким морозным контуром. Мика на целую неделю отстал от своих одноклассников, которые с энтузиазмом взялись за освоение новой игры, и горел желанием поскорее начать полеты на виртуальном истребителе.

— Как тебе игрушка? — спросил он Коби.

— Графика великолепная, — после небольшой паузы ответил Коби, — полное ощущение реальности, забываешь, что это игра. Но воздействие на мозги… просто гипноз какой-то. Половина класса ходит в футболках с логотипом КОРДа, только и разговоров, что об истребителях. Все как с ума посходили. Ну и конечно, все соревнуются друг с другом. А с тобой что случилось? Помнится, неделю назад ты заявлял, что тебя не интересуют компьютерные игры.

Мика пожал плечами и отвернулся. Но уголком глаза он видел, что Коби внимательно наблюдает за ним из-под своей длинной челки.

— Да я так… от нечего делать, — Мика внутренне поморщился: ответ прозвучал более чем глупо.

— Если хочешь, могу поделиться опытом, — предложил Коби, — Покажу, чему научился за неделю.

— Спасибо, — искренне поблагодарил Мика.

Коби выудил из кармана какой-то предмет и стал крутить его в пальцах.

— Что это у тебя? — поинтересовался Мика.

Коби положил непонятный предмет на ладонь и вытянул вперед руку. Мика увидел фигурку жирафа. Жираф несколько раз моргнул большими карими глазами и пошевелил ртом, как будто пережевывая листья, затем задвигал ногами. Коби стоял с вытянутой рукой, а жираф маршировал у него на ладони. Налетевший порыв ветра едва не смахнул фигурку на землю. Коби вовремя успел сжать пальцы и осторожно опустил жирафа в карман.