Выстрелить Щедрин не успел – узкое кривое лезвие полоснуло его по горлу. Перед глазами закружились кроны облетевших деревьев, высокое небо с черточками птиц – и наступила тьма…

Мрачный пожилой таксист, не спрашивая разрешения, закурил. Приемник в машине был настроен на «Эхо Москвы». Напористая ведущая в прямом эфире допрашивала какого-то экономиста с заковыристой фамилией о причинах глобального финансового кризиса. Экономист сыпал терминами, названиями крупных международных корпораций и банков, совершал длительные экскурсы в историю и делал глубокомысленные намеки на то, что кризис – это нормально, это неотъемлемая часть развития цивилизованного общества.

– Кризис подобен скальпелю хирурга. Он удалит все нежизнеспособные органы мировой финансовой системы, и организм очистится от ненужного и вредного.

– Но это может привести к падению уровня жизни тех людей, которые оказались неконкурентоспособными в современных условиях, – пожилых, малоимущих, жителей депрессивных регионов, – почти радостно выкрикнула ведущая.

– Именно! – веско сказал экономист. – В сущности, такие индивидуумы и не нужны, они – балласт, от которого необходимо избавляться. И кризис поможет сделать это.

– Вот козлы! – процедил таксист, выплюнув окурок в окно.

– Зачем же вы слушаете? – не удержался Глеб.

– А мозги хорошо прочищает. Злит меня это «Эхо», а когда я злой, то соображаю лучше.

Бодренький джингл известил, что пришло время новостей. Диктор скороговоркой известил слушателей о международной обстановке:

– …в Афганистане силы международной коалиции нанесли очередной авиаудар по позициям движения «Талибан», уничтожено около сорока боевиков. На фугасе подорвался конвой коалиционных сил, шесть военнослужащих США и один британец погибли… В Бангкоке состоялся саммит глав государств Юго-Восточной Азии… Тайфун «Джули» стал причиной гибели двенадцати человек на Филиппинах… В Дубае при заходе на посадку потерпел катастрофу «Боинг-семьсот сорок три», пострадало трое пассажиров, погибших нет…

– Слава богу, хоть кому-то повезло, – прокомментировал таксист.

– И к московским новостям, – продолжил диктор. – Сегодня, около часа назад, на востоке столицы, в Лефортовском парке, произошла массовая драка между неизвестными лицами. Драка закончилась стрельбой и взрывом. Сведений о пострадавших нет. Также нет и свидетелей происшествия. Как нам сообщил источник в ГУВД города Москвы, скорее всего имела место бандитская разборка между двумя конкурирующими организованными преступными группами. Ведется расследование, органы правопорядка переведены на усиленный режим несения службы.

Таксист хмыкнул:

– Добро пожаловать в девяностые. То-то я гляжу – ментов по городу стало много. О, накаркал!

Последняя фраза относилась к инспектору ГИБДД, стоявшему у края проезжей части. Он жезлом указал на машину, в которой ехал Глеб, и махнул на обочину, требуя остановиться. Рядом, прямо на тротуаре, темнел омоновский «ЗИЛ» с бронированной будкой-кунгом. Несколько бойцов в масках и с автоматами досматривали уже остановленные гибэдэдэшником машины.

– Как же, нет пострадавших, – ворчал таксист, паркуясь возле «ЗИЛа». – Небось народу покрошили уйму. Если б пострадавших не было, хрен бы они такой кипеж развели…

Двое омоновцев подошли к машине. Один встал у пассажирской двери, жестом показал Глебу – выходи. Второй уже разговаривал с вылезшим наружу водителем.

Посмотрев в сердито поблескивающие сквозь прорези маски глаза омоновца, Глеб выбрался из машины.

– Старший лейтенант Гороховцев, – механически козырнул страж порядка. – Ваши документы.

Глеб сунул руку во внутренний карман, наблюдая, как двое омоновцев ведут к «ЗИЛу» мужчину вполне респектабельной наружности, в костюме и при галстуке.

– Я жаловаться буду! – кричал мужчина, кривя породистое, гладко выбритое лицо. – У меня важная встреча через сорок минут! Вы не имеете права…

– Как раз имеем, – усмехнулся один из омоновцев. – Какая встреча на ночь глядя? С бабой, что ли? И еще – закон есть закон. Вы обязаны предъявить документы по первому требованию.

– Я гражданин своей страны! – крикнул выбритый. – Это произвол! Ну забыл я переложить паспорт и удостоверение из другого пиджака, забыл. Давайте позвоним…

– Ха-ар-рош орать! – рявкнул омоновец. – В отделении разберутся, кто чего забыл. Все, грузись.

И он распахнул дверцу кунга.

«А ведь это мысль, – Глеб снова посмотрел в глаза стоявшему перед ним старлею. – В милиции меня никто не найдет, да и искать не будет! Отсижусь, выжду. Пока суета затихнет, а потом отправлюсь Декатина искать».

Вытащив руку из-за пазухи, Глеб зачем-то помахал ею в воздухе и с улыбкой произнес виноватым голосом:

– Ой, я, кажется, документы дома забыл.

Омоновец поскучнел.

– Придется проехать с нами. Для выяснения…

– Ну, с вами так с вами, – кивнул Глеб. – Куда идти – туда?