требовала выхода… И Грейс совершила ошибку. Вместо того, чтобы ударить

собственной силой, использовала заклятие из арсенала Ночи. Ведьма с легкостью

развеяла чары. Насмешливо фыркнула и пока волшебница судорожно плела Сферы

Света, схватила за шкирку Александра и взмыла в ночное небо. Грейс ударила

вдогонку, но промахнулась. Комки света прошли гораздо ниже, разорвались

бесполезным фейерверком.

Дьявол! Дьявол! Дьявол!.. Ярость бурлила в Моран подобно раскаленной магме.

Упустила! Проворонила! Сглупила!.. Тотем Грейс пробудился, заставил зарычать от

исступления и злости. Хотелось обратиться в волка и кого-нибудь растерзать.

Волшебница стиснула кулаки, усилием воли сдержала гнев. Разум должен быть чистым

и холодным! Проиграть в битве не значит потерпеть поражение в войне. Завтра

посмотрим кто кого…

Грейс глубоко вздохнула, развернулась и неспешно пошла обратно в кафе. Придется

выслушивать пьяные бредни Егорова, быть красивой и привлекательной. Но ничего,

завтра обязательно отомстит!

По пути внезапно накатила страшная слабость. По телу промчались волны холода и

жара, голова противно закружилась. Грейс слабо вскрикнула, споткнулась и упала

на асфальт. В ужасе подняла голову, невидяще посмотрела в темное небо. Глаза

волшебницы напоминали водянистые лужицы. Раскаленная игла вонзилась в

позвоночник, боль продрала от макушки до пят.

Грейс ощутила, что где-то близко… в пределах города произошло нечто ужасное.

Какой-то идиот применил заклятие из арсенала некромантии. И теперь над

Славгородом расползалось облако ледяной потусторонней силы. Волшебница

чувствовала смутные движения во всех слоях бытия. По Астралу и Менталу

пронеслась буря, исказила потоки одних энергий, уничтожила другие. Но самое

плохое — изменения коснулись и реальности. А значит, кто-то пролил кровь

невинного…

Боль отпустила так же быстро, как и нахлынула. Моран ощутила себя лежащей на

мостовой. Ноги щипало — ободрала коленки об асфальт. В теле слабость, немного

поташнивало. Девушка с трудом встала, встряхнулась и решительно зашагала дальше.

Некто очень постарался, пробудил Зло. Теперь город обречен. Но катастрофа никоим

образом не отменяет задания, только сокращает доступное время. Носителя Старшего

Тотема надо найти даже если Славгород сгорит в преисподней.

ГЛАВА 4

Платон Варламович Мельников сидел на полу посреди комнаты и перебирал костяные

пластинки. Свет давали несколько толстых глицериновых свечей. В углах и по

стенам бегали суетливые тени. Вяло шевелились старые выцветшие занавески на

окнах — небольшой сквозняк. Со двора доносились приглушенный собачий лай,

разговоры соседей, прогудела машина… Комната самая обычная: диван, стол и

несколько шкафов, телевизор на тумбочке, древний ламповый радиоприемник на

антресолях. Везде идеальный порядок, чистота нехарактерная для человека ведущего

одинокий образ жизни.

Прозванный остальными колдунами Злыднем за отвратительный нрав, Платон

Варламович не любил афишировать свои увлечения. Тому помогала врожденная

аккуратность и фанатичная неприязнь к беспорядку. Колдовские артефакты хранил в

сухом и прохладном подвале в подполе загородного дома. Там, где у обычных людей

лежали мешки с картофелем и стояли банки с консервированными помидорами, у

Платона были разложены непонятные для постороннего взгляда вещи: палочки и

камешки, кости птиц и зверей, полированный человеческий череп, карты и железные

бляшки, склянки с мутным содержимым. Если требовалось сотворить ритуал, Злыдень

просто спускался в подвал и доставал нужные ингредиенты. Зашторивал окна,

запирал дверь и принимался за чары.

Вот и сейчас Платон отгородился от внешнего мира. Сидел перед полированной

доской с горкой костяных пластинок. Брал одну за другой, держал в сухих ладонях,

к чему-то прислушивался и без колебаний отбрасывал. Не то, все не то… Нащупать

контакт не получалось. Злыдень привык к сильным вихревым потокам Дороги Сна в

Славгороде, но сегодня творилось нечто неординарное. Бушующий ураган путал волю