– Мне все нравится… Только учти, если я три пера на конце поймаю, я тебе одно место зашью!

Лера хотела что-то сказать, но промолчала. С виноватым видом уставилась в тарелку.

– Чо, есть три пера? – нахмурился Алеха.

– Я откуда знаю? – опасливо огрызнулась она.

– Ничего, узнаем… Ладно, давай наливай!

В этом доме он чувствовал себя полным хозяином. Лера – его наложница и рабыня. Даже первач по стаканам разливала она, а не он.

Алеха еще больше захмелел. И болт в штанах затвердел – в гайку просится. А Лера под боком, в полной боевой готовности. Он потащил ее в койку. Но не дотащил. Помешал звонок в дверь.

– Кто это? – настороженно спросил он.

Сигнал об опасности мощным импульсом прошел через хмельной туман, взбудоражил воображение.

– Не знаю, – робко пожала плечами Лера.

– А кто знает?.. Может, менты? Пойди, глянь. Только сама не высовывайся!

Алеха достал шпалер, приставил ствол к ее голове, подтолкнул к двери. Лера на мгновение приложилась к «глазку».

– Это не менты! – вжимая голову в плечи, шепотом сказала она.

– А кто?

– Это Крюк со своими дружками…

– Кто такие?

– Ну, они себя братвой называют…

– Да? Это интересно! – снисходительно усмехнулся Алеха.

В дверь сильно ударили. Раз, другой.

– Лерка, бляха, а ну открывай! – зло пробасил чей-то голос. – Мы знаем, что ты на хате. Открывай, блин, а то дверь выбьем!

Лера жалко смотрела на Алеху. «Что делать?» – спрашивал ее затравленный взгляд.

– А ну дай-ка!

Алеха сам подошел к двери, приложился к «глазку». На лестничной площадке три парня. И один с презрительной ухмылкой тянет к нему руку с фиговой комбинацией на конце. Он думает, что в «глазок» смотрит Лера. Но ему невдомек, что его разглядывает крутой мэн с волыной…

Алеха отошел от двери.

– Открывай! – велел он Лере.

А сам скрылся в комнате, уселся в продавленное кресло. Рука с пистолетом плетью свисает до самого пола. Ствол со стороны не видно.

Из прихожей доносились голоса:

– Лерка, ты чо, в натуре, припухла? Чего не открывала, а?

– Может, ты нас боишься, а? Боишься, да?.. Правильно делаешь, что боишься, гы-гы…

В комнату ввалился крепкий на вид коротко стриженный хлопец. Изумленно уставился на Алеху.

– О! Это что за жук, а?

Вслед за ним появился коренастый крепыш с квадратным рылом. Это он показывал Алехе дулю.

– В натуре, хмырь болотный!

Сейчас он тыкал в него пальцем и оскорбительно кривлялся.

– Ну и репа у него! – осклабился третий крепыш.

Высокий, в плечах косая сажень, бицепсы, как трехдюймовые ядра. Рожа наглая, кирпича просит…

– Слышь, Крюк, а может, это он Лерку трипаком подогрел, а?

Алеха удивленно повел бровью. Три пера, трипак… Знакомая тема…

– Да хрен его знает, – пожал плечами громила.

– Может, и его наказать надо, а?

– Что, и его на круг пустим, гы-гы? – хохотнул коренастый.

– Ага, только, Кир, ты первый, – хмыкнул Крюк.

– Вот-вот! Первый и подставишься! – злорадно ухмыльнулся Алеха.

– Чо-о-о?! Чо ты сказал?! – свирепо оскалился крепыш.

– Имя у тебя, говорю, прикольное. Кир, да? Знал я одну деваху. Кирой звали. Всем в попу давала!

– Ну-у, падла!!! – взбесился Кир.

И бросился на Алеху. Но ствол «тэтэхи» вмиг охладил его пыл. Коренастый застыл как вкопанный.

– Дернешься, башку снесу! – с наигранной ленцой спокойно сказал Алеха. – Это всех касается. Вопросы?

Пацаны потрясенно смотрели на него.

– Кто такие? – небрежно роняя слова, спросил он. – Я не понял, языки, что ли, проглотили?

– Да мы-то здешние, – фальшиво изображая браваду, сказал Крюк. – Ты бы сам назвался, а?

Алеха задумался. Своим именем он назваться не может. Если эти пацаны в натуре представляют собой братву, то они могут знать, кто такой Колыван, кто такой Бурлак и за кем они охотятся. Подставляться он не мог… К тому же у него уже есть новое имя. Звали его Алексеем. На фамилии Груднов погоняло себе не построишь. А вот отчество у него Максимович. Он и воспользовался именем своего отца.

– Макс я. Макс Черкизовский, не слыхали о таком?

Родился он в Москве, в Черкизовском районе. Отсюда и Макс Черкизовский…

Крюк изобразил работу мысли. Типа, он знает многих крутых авторитетов, но вот Макса Черкизовского среди них не находит.

– Да нет, братан, не знаю я такого, – покачал он головой.

Алехе ответ понравился. Пусть он относится к нему враждебно, но держит за своего. Не зря же братаном назвал.

– В Москве, наверное, редко бываешь, да? – надменно усмехнулся Алеха.