Шрифт:
— Уходите отсюда! В глубь квартала, подальше! Это война!
— Наксиды! — крикнул кто-то.
Сула оглянулась через плечо. Черно-желтые один за другим выскакивали из-за угла, очевидно, пытаясь отрезать путь к отступлению тем, кто ещё остался в доме.
— Уходите, скорее! — в последний раз выкрикнула Сула, бросаясь прочь.
Вдвоем помогая Шоне, они добрались до машины. Макнамара сел за руль, Шона — рядом. Распахнув заднюю дверь, Сула бросилась на сиденье.
— Выезжай на улицу, только медленно, вместе с толпой, — сказала она, потом включила связь: — Два-один-один, где вы? Здание окружено.
— Мы снаружи… бежим к машине, — ответил задыхающийся голос.
Его перебил другой, с трудом прорываясь сквозь грохот стрельбы:
— Всем, всем! Это три-шесть-девять. Мы вместе с три-один-семь, нас отрезали! Один убитый, остальные ранены!
— Всем командам! — подхватил Хонг. — Всем командам, говорит Бланш. Кто может, помогите три-шесть-девять! Три-шесть-девять, сообщите, где вы…
Сула хорошо знала где. На той стороне шоссе и через две боковые улицы, кишащие полицией. Даже если удастся добраться, что толку? Погибнут все.
— Старлинг, гони! Второй поворот налево после этого перекрестка.
Однако прежде чем показался второй поворот, призывы на помощь затихли. Команда три-шесть-девять погибла или попала в плен. Другая, сто пятьдесят первая, была захвачена, когда бежала к машине, неся раненого товарища. Сто шестьдесят седьмая пыталась помочь и также оказалась в руках наксидов. Двоих из четыреста девяносто девятой схватили на улице — их голубой седан вместе с шофером ещё раньше забрал Хонг, когда взрывал мост.
План провалился. Почти половина группы Бланш погибла или была захвачена оккупантами. Все произошло в течение нескольких минут. Команда двести одиннадцать, преследуемая наксидами, разбила машину и успела лишь сообщить, что уходит пешком. Потом связь прервалась. Возможно, именно они, отвлекая погоню на себя, дали возможность Суле и ее товарищам так легко скрыться.
В последнем сообщении Хонг приказал всем выжившим ложиться на дно, затем замолк и он.
Сула сняла шлем и отключила связь. Достала телефон, высунулась из окна машины и с силой швырнула об асфальт. Потом откинулась на спинку сиденья, позволяя усталости и горькому чувству поражения овладеть собой.
Из этого можно извлечь немало уроков, подумала она.
«Если мы выживем».
Глава 18
К тому времени когда они добрались до Риверсайда, Шона уже не могла идти сама и Макнамара повез их на общую квартиру. Сула отперла дверь на черную лестницу и помогла Макнамаре взвалить раненую на спину, а сама осталась сторожить машину со снаряжением.
— В подъезде играли дети, — сказал Макнамара, вернувшись. — Я сказал, что мы катались на лодке и Арделион защемила ногу между бортом и причалом.
— Как тебе только пришло такое в голову, — усмехнулась Сула, засовывая пистолет за пояс и прикрывая курткой. — Поезжай домой, я займусь Шоной. Если придешь, не забудь посмотреть, как стоит цветок на окне. — Поколебавшись, она добавила: — Да, если заметишь сигнал, что нам оставлено сообщение, не забирай его сам, найми какого-нибудь бродягу, а потом проследи, нет ли за ним хвоста.
Макнамара удивленно взглянул на нее.
— Но так я выдам почтовый ящик…
— Ящиков много, а ты один.
Сула махнула на прощание рукой и взбежала по лестнице, провожаемая взглядами малышей, устроивших на ступеньках игрушечное чаепитие. Проскользнув через заднюю дверь на кухню, первым делом пошла в гостиную и передвинула горшок с цветком на противоположный край подоконника — в позицию «кто-то здесь, все чисто». Потом открыла дверь в спальню, где лежала Спенс.
Рана оказалась не опасной, пуля пробила навылет икру без особого кровотечения, однако нога сильно распухла, и угроза заражения оставалась. Сула обработала рану антибиотиками и гормонами для быстрого заживления, наложила повязку. Потом достала инъектор, чтобы ввести в вену стандартное болеутоляющее средство фенилдорфин-2.
Спенс запрокинула голову, подставляя шею, и Сула прижала инъектор к сонной артерии. Сердце вдруг подпрыгнуло в груди, руки затряслись, в глазах потемнело…
— Ты не могла бы сделать это сама? — попросила она Шону.
Ей пришлось выйти из комнаты, чтобы не слышать зловещего шипения инъектора. Подойдя к окну, Кэролайн Сула смотрела на оживленную улицу с прохожими, разносчиками и тележками. Никто из этих людей не имел понятия о том, что битва за Заншаа началась и закончилась сегодня утром. Возможно, никогда и не узнает, разве что наксиды соизволят им сообщить.