Танго-вальс – не то чтобы совсем вальс. Он и то, и другое: фигуры танго, которые исполняются в ритме вальса, но не венского, не медленного вальса европейской бальной программы, а особого – аргентинского.

Алёна вальсы обожала, Николай – тоже. Оба высокие, легкие в движениях, словно бы непрестанно норовившие взлететь, они великолепно понимали друг друга в танце и прекрасно смотрелись рядом. А если кто задавался трудом обратить внимание на явную разницу в их возрасте, Николай и Алёна только пожимали плечами. Интерес друг к другу у них был очень пылким, но – сугубо танцевальным. Высокодуховным. Может, именно поэтому их танец был всегда веселым, дружеским и – несколько легкомысленным. Алёна просто обожала своего молодого партнера. Если у нее все же и проскальзывали в головушке крамольные мысли (ну вот такая уж у нее была крамольная головушка!), она гнала их подальше. От добра добра не ищут! Мужчин полным-полно, а Николаша – один такой.

И тотчас в ее голове завертелись веселые строчки, которые она не замедлила срифмовать и начать напевать в ритме вальса:

Николаша тихонько хихикал, изо всех сил стараясь сохранять серьезный вид. Как вдруг притормозил на медиа-хиро и сказал, глядя поверх Алёниной головы:

– Ого! Какие люди! Говорили же мне, что он занялся аргентинским танго. А я не верил.

Алёна, которая в это время вовсю пользовалась предоставленной ей паузой и активно украшалась, мельком оглянулась на какого-то не слишком высокого, коренастого брюнета, который, чуть набычась, продвигался мимо танцующих, стараясь никого не задеть. Его черные волосы были довольно коротко острижены и топорщились от геля, крошечная бородка обливала несколько вялый подбородок. Черная рубаха плотно облегала торс, слегка приподнимаясь на животике.

– А кто это? – лениво спросила Алёна, продолжая играть ногами и представляя себе, как чудненько сейчас переблескиваются золотистые висюльки на ее туфлях.

– Игорь Туманов. Разве ты его не знаешь? Был классный танцор-бальник, потом ушел из конкурсного танцевания в шоу, теперь вроде бы только танго преподает. Но на милонгах не появляется, ведет индивидуальные занятия с состоятельными дамами… Эй, ну ты танцуй, что стала? – возмутился Николаша, и Алёна с трудом сдвинула себя с места.

Игорь? Этот красивенький бычок – Игорь?!

И больше никаких мыслей в голове.

– Передохнем? – спросил Николаша, опуская руки.

Алёна только сейчас заметила, что вальс кончился, кончилась и танда, играет кортина – короткая музыкальная вставка, означающая паузу в танцах, возможность сменить партнера, а может, просто отдохнуть. Она плюхнулась на ближайший стул, стараясь не таращиться на Игоря, который обернулся и ленивым взглядом прирожденного победителя обводил зал, выцеливая среди множества прелестных бабочек ту, что будет достойна с ним потанцевать.

Наша героиня отвернулась, чтобы не встретиться с ним взглядом, и наткнулась на взгляд Жанны, которая, судя по всему, чрезвычайно веселилась, наблюдая за ней.

– Привет! – бросила она, подходя к Алё не. – Я же говорила, что мы придем на милонгу. А вот и обещанный москвич…

– Виталий, – просто назвался человек, стоявший рядом с ней, и, следуя привычке тангерос, очень модной в Москве (эту привычку Алёна просто терпеть не могла!), потянулся обменяться поцелуями, но увидел, как иронически взлетели Алёнины брови, и остановился, очень ловко превратив неудавшийся поцелуй в полупоклон.

Она оценила его маневренность и взглянула более благосклонно. Симпатичный, но без особых, как принято выражаться, примет. Темные волосы, темные глаза, вот и все приметы. Ему было вроде бы лет под сорок, а может, меньше. Голос приятный – ироничный, умный голос. Да-да, Алёна давно знала, что голоса, как и люди, бывают разные, причем если дураку притвориться умным сложновато, то голосу дурака сделать это – раз плюнуть. Конечно, и раскусить его легко, но в первую минуту можешь обмануться. Голос Виталия соответствовал его внешности.

– Гошка, иди сюда! – крикнула в ту минуту Жанна, перекрывая оркестр Ди Сарли, а его ведь не так просто перекрыть. Но Жанна все могла – голос профессиональной преподавательницы бальных танцев мог перекрыть какой угодно оркестр аргентинского танго, и Ди Сарли, и даже Пульесе. – Смотри, кто здесь. Сколько лет, сколько зим и все такое! Узнаешь?

В общем-то, ничего особенно в ее фразе не было, но Алёна так и ощетинилась, уловив глубокий подтекст: узнаешь, мол, свою бывшую любовницу? Правда же, изменилась не к лучшему, годы ей красоты не прибавили? «У меня паранойя», – тут же сурово оборвала она себя и улыбнулась Игорю: