Бос замолчал в ожидании, и Сайла начала представлять своих спутников. Она держалась очень напряженно, и ее друзья обменялись обеспокоенными взглядами. Однако, когда Сайла закончила, Тейт не могла себя больше сдерживать. Она спросила:

— У вас действительно есть пушки?

Мужчина с одноименным титулом недоуменно нахмурился:

— Что значит есть? Это я — Пушки. Конечно, это не имя. У нас отказываются от имени, когда получают такое звание.

Тейт молча кивнула. Видно было, что она так ничего и не поняла.

Снова заговорил Бос:

— Капитан распорядился приготовить для вас комнату. Он подумал, что вы захотите остаться вместе, поэтому комната одна, но она большая, и там есть раздвижные перегородки из дерева и кожи.

Сайла поблагодарила его, и Бос отпустил своих подчиненных. Затем он повел гостей за собой через внутренний дворик. Дворик во многом напоминал английский парк. В центре — насыпная горка, обсаженная белыми рододендронами. В южной части дворика виднелся фонтан, перед ним была врыта высокая колонна со ступеньками, которые вели к находившейся на вершине круглой наблюдательной площадке.

Тейт подтолкнула локтем Конвея.

— Слушай, что с Сайлой? Что на нее нашло?

— Понятия не имею. Она поменялась буквально в одну минуту. Наверное, что-то заметила, а остальные упустили это из виду.

Позади них раздался голос Додоя:

— Да, заметила. Когда говорил тот человек со смешным именем, она посмотрела на крышу перед замком. Что-то напугало ее. Почему люди здесь так смешно разговаривают? То пищат, то ревут. Как дураки какие-то.

Игнорируя его вопрос, Тейт спросила:

— Что же она там увидела? Что там было?

— Откуда я знаю? Она смотрела, не я.

Конвей сжал зубы. Увеличив шаг, он постарался оторваться от Тейт с мальчиком.

Они пересекли дворик и оказались на мощенной кирпичом дорожке, над которой двумя этажами выше нависали деревянные балконы. Конвей напомнил о подвесных переходах между крыльями зданий. Все единодушно выразили надежду, что им не придется вступить на них. Тейт наклонилась и потрепала Ошу и Танно.

— Ну, крошки, держитесь, — сказала она. — Нас могут ждать непреодолимые препятствия. Если хотите знать правду, то ваша мамочка даже не совсем уверена в себе. — Шутка получилась не очень веселой, на что указывал раздавшийся вежливый смех.

Недалеко от места, где восточная часть замка соединялась с крылом, вытянувшимся с севера на юг, Бос остановился и указал на массивную деревянную дверь.

— Капитан велел мне проследить, чтобы вы не испытывали неудобств. Он приглашает вас к себе после того, как вы отдохнете. Если хотите разделить с ним трапезу, то она начнется примерно в два дюйма.

Рука Сайлы замерла на полпути к двери.

— Дюйма?

— Два дюйма. Такое время. — Бос как будто объяснял что-то ребенку.

— Не понимаю.

— Дюймы. На трубке времени.

Сайла недоуменно покачала головой.

Приподнявшиеся брови Боса выражали удивление. Он пытался сдерживаться, но в его словах сквозило презрительное превосходство.

— В трубку времени наливается вода, а внизу есть отверстие, через которое она вытекает. Уровень воды показывает время. В сутках двадцать четыре дюйма. У нас у всех есть такие трубки.

— А у нас нет. — Конвей вышел на полшага вперёд, знаком велев собакам оставаться на месте. — Понимаете, мы слишком свободны, чтобы действовать в зависимости от того, сколько из чего-то вылилось воды. Но мы не желаем показаться невежливыми, а потому не могли бы вы прислать нам одну из таких штуковин.

— Это моя обязанность. — Тон Боса выдавал его истинное отношение к таким обязанностям. Обогнув все еще неподвижно висевшую в воздухе руку Сайлы, он отворил дверь. Звук боцманской дудки застал его гостей врасплох. Но находившиеся в комнате дети были к нему готовы.

Лица детей в возрасте от двенадцати до шестнадцати лет застыли, глаза смотрели с пристальным вниманием. Самый высокий из них, стоявший в конце шеренги мальчик обратился к Сайле:

— Мы в твоем распоряжении, Жрица Роз. Ждем приказаний.

Сайла повернулась к Босу, в голосе ее послышались угрожающие нотки:

— Что эти дети здесь делают?

— Это рабы. Ваши слуги, — ответил Бос.

Напряженно выпрямившись, Сайла пересчитала детей.

— Все четырнадцать?

На самоуверенном лице мальчика появилось явное смущение. Глаза перебегали от Сайлы к Босу. Тот, заикаясь, стал объяснять:

— По два человека для каждого из вас. Кроме мальчика. Четверо убирают комнату. Что-нибудь не так?

— Дело не в тебе. Где вы спите?