— Ах, как это похоже на мужчин! — закатила глаза жена синдика. — Столько времени проводить вместе, и не сказать о самом главном!

Мне сделалось не по себе. О чём могла идти речь?

— Хозяйка, прошу вас, Дрон… ваш сын мне ничего не сказал, может быть, вы сами объясните…

— Конечно, дорогая! — пылко воскликнула жена синдика, и, наклонившись ко мне, снисходительно потрепала меня по руке. — Разумеется! Вы должны были узнать в первую очередь и если бы Дрон был более ответственным, вы давным-давно были бы в курсе дела!

— Какого дела, хозяйка? — терпеливо спросила я.

— Так вы не знаете? — поразилась жена синдика. — Я ведь уже четверть часа вам толкую: концерт!

— Концерт, хозяйка? — переспросила я, не понимая, к чему она клонит.

— Благотворительный концерт, милочка, — выпалила Августа Перте. — Ежегодный концерт, который мы устраиваем в пользу сиротского приюта!

— Ах, вот как! — выразительно произнесла я, всё ещё не понимая, чего от меня хотят и о какой просьбе говорил сын синдика, выпроваживая меня из комнаты.

Августа Перте снова наклонилась ко мне, положила ладонь на моё запястье и с надеждой заглянула в глаза.

— Так вы мне поможете, Ивона? Поможете, ведь правда?

— Разумеется, — покладисто отозвалась я, помятуя о приказе Дрона. — Но, хозяйка, прошу вас, поясните… э-э-э… проясните некоторые детали, которые…

Мне не хотелось давать жене синдика понять, насколько слабо я разбираюсь в концертах и их организации: я не знала, чего она от меня ждала.

— Ах, дорогая, если бы я сама знала! — всплеснула руками Августа Перте. — Но я не знаю, ничего не знаю!.. Это всё так сложно, моя милая.

— Но, в таком случае…

Договорить свой несомненный отказ заниматься непонятно чем я не успела: жена синдика просияла и потрепала меня по руке.

— Я так и знала, дорогуша, что вы не откажетесь, — доверительно поведала она мне, — что вы не бросите меня и возьмёте на себя свою часть работы. В конце концов у замужней женщины всегда так много дел, а вы молоды и ничем не заняты…

— Но… — вякнула было я, однако возразить не успела: в комнату заглянул сын синдика и скорчил такую гримасу, что я поперхнулась.

— Доброе утро, матушка! — энергично поздоровался Дрон Перте, заходя к нам и целуя матери руку. — Я полагаю, вы уже поговорили с Ивоной? Всё хорошо?

— А как же? — сияя, как сытая кошка, отозвалась жена синдика. — Наша невестушка сразу со всем согласилась, я и договорить не успела! Какие вы, молодые, торопливые, страх берёт!

— Но… — безнадёжно потянула я — и была снова перебита.

— Вот и прекрасно! — улыбнулся Дрон Перте, подавая мне руку. Растерявшись от загадочного поворота событий, я приняла её и была едва ли не насильно вздёрнута на ноги. Моток шерсти упал с моих коленей и покатился под кресло, однако сын синдика не дал мне за ним нагнуться. — Матушка, в таком случае я похищу у вас Ивону и сам объясню ей детали.

— Но… — снова начала я и снова была прервана, на этот раз — кудахтаньем жены синдика.

— Разумеется, сынок, конечно, конечно! Уж молодые-то всегда найдут общий язык, где уж мне, старухе…

— Матушка, что вы такое говорите! — деланно возмутился Дрон и подтолкнул меня. — Вы вовсе не старая, и ничуть не похожи даже, вот, и Ивона это подтвердит!

Призвав на помощь всю воспитанную в лавке любезность, я рассыпалась в ужасающе неискренних комплиментах и вскоре была выведена сыном синдика из комнаты его матери.

— Ступайте к себе и оденьтесь, — приказал он, укоризненно качая головой, — я пришлю к вам слуг.

И, наклонившись, шепнул на ухо:

— Я же просил вас соглашаться! А вы чуть было всё не испортили!

— Разве мы куда-то собираемся? — удивилась я, решив не обращать внимания на невежливость собеседника — по крайней мере, посреди коридора, на глазах слуг и домочадцев.

— Собираемся, Ивона, — нетерпеливо подтвердил сын синдика, — прогуляемся немного по городу до обеда, вам, несомненно, будет полезно подышать свежим воздухом. Идёмте!

— Прошу прощения, сударь, — холодно произнесла я, когда мы с сыном синдика уже чинно прогуливались по улице, — но я не вполне понимаю причины ваших странных… требований, не знаю уж как назвать точнее. Что за концерт и почему вам с вашей матушкой так необходимо моё в нём участие?

— Прошу прощения, сударыня, — в тон мне откликнулся Дрон Перте, — если моя просьба была для вас в тягость. Что касается матушки, то недолгий разговор с ней, полагаю, дал вам ясное представление, насколько мало она может сама позаботиться обо всём необходимом.