– Даш, ты че, сдурела? – покрутила пальцем у виска Галка. – Максик тут остается. На хозяйстве. Иначе как бы Ильдар на столько времени смог уехать?

– Интересно, – удивилась я. – Как это – Максик – на хозяйстве? Он что, свою спецслужбу бросил?

– Еще чего! – строго пресек мои вольные рассуждения Ильдар. – Он мне там пока еще очень нужен. Ну формально. До генерала дослужится, тогда и отдохнет. А так, когда для семьи надо, договорюсь, ты же меня знаешь. Семья – это святое. В ФСБ тоже люди, у них у самих – семьи.

– Ну и хорошо, вот вы семейно и съездите, – согласилась я. – Заодно и близко пообщаетесь. Много интересного друг о друге узнаете… – Кстати, идею насчет того, чтобы ты с нами поехала, Макс подкинул, – мрачно оповестил меня Ильдар, понимая, что меня сейчас не сдвинет с места и эвакуатор.

Видно, хорошо себе представил, что им с Галкой, вместо культурного отдыха на пати и в ресторанах, где проходят их, олигархов, невинные развлечения, придется терпеть Юлькины капризы и делать то, что заблагорассудится единственному чаду, а вовсе не то, чего жаждет стреноженная московскими делами и заботами душа. А Макс, значит, в качестве козла отпущения порекомендовал меня. Вполне в духе этого джеймс-бонда! Макс, надо сказать, Юлькин жених. Познакомились мы с ним во время поездки в Куршевель. Именно там он в женихи и пробился. Причем очень, очень успешно. Способный парень. Можно даже сказать, талантливый.

– Макс сказал, что в Катаре ты запросто сможешь найти себе отличную партию, – уныло пробубнил мой нефтяной родственник. – Или на Мальдивах. Туда простой люд не ездит, так что…

– То есть ваш будущий зять озаботился тем, чтобы выдать меня замуж? – ехидно спросила я, мысленно, безусловно, отметив, что Макс наконец-то приступил к выполнению своего куршевельского обещания. Оригинальным способом, правда. За счет будущих тещи и тестя. Но с другой стороны – от них что, убудет, что ли?

– Дашка, – умоляюще сложила кулачки на груди Юлька. – Ну мы же просто хотим две свадьбы вместе сыграть!

– Чего? – возмутилась я. – Свадьбы вместе? Ты сначала школу закончи! Год еще учиться! А я что, все это время в девках ходить должна? Макс – жених, ему ждать положено. А я тут при чем?

– Ну, – с философской печалью вздохнула Галка, – даже если ты замуж не выйдешь, в девках все равно уже не останешься.

В другое время я, конечно, в ответ на такое просто хлопнула бы дверью. Тут же, имея в виду блистательные перспективы летнего отдыха, я лишь горестно хлопнула глазами, подпустив слезу, типа обиделась, и пошла к выходу, попутно шмыгая носом и натягивая куртку.

– Дашутка, – кинулась ко мне Галка, – прости дуру! Ну сама знаешь, язык у меня вперед мозгов бежит. Я же вообще не то сказать хотела! Наоборот! Что такой девчонке, как ты, сразу должно было с браком повезти. А раз так, то… Конечно…

Сестрица окончательно запуталась в собственной ущербной философии, а я с наслаждением наблюдала, как она из этих дебрей выползет.

Юлька, видя, что я уже стою одной ногой на пороге, заверещала:

– Всегда так! Папа, скажи ей! Все испортила! Я вообще никуда с вами не поеду! Я в монастырь уйду! И свадьбы никакой не будет! И Максу ты дело свое не передашь!

– Даш, ну ты видишь, в каком дурдоме живу, – развел руками Ильдар. – Ну ради меня! Хрен с ними, с олигархами. С замужеством этим. Не хочешь – не надо. Мы тебе и тут любого сосватаем. Поехали с нами просто так, а? Юлька с Галкой ведь пяти минут без скандала не могут. А тут мы хоть их разделим. Я на себя Галку возьму, а ты – Юльку.

– Только, чур, нам с Дашкой номер в другом отеле! – мгновенно влезла Юлька.

Только этого мне не хватало! Ехать в Катар и останавливаться в какой-нибудь лачуге…

– Нет, – твердо посмотрела на племянницу я. – Не наглей. Достаточно другого этажа. Должны же родители свое дитя хоть за завтраком видеть?

– Только за завтраком? – уточнила дотошная племяшка.

Галка взглянула на меня с влажной благодарностью, а Ильдар показал колечко из большого и указательного пальцев. На нашем с ним языке это означало вполне материальное вознаграждение за качественное решение сложной семейной проблемы.

В общем, почти один в один повторилась ситуация с Куршевелем. И поэтому теперь я с вожделением рассматривала виды «Four Seasons Doha», прикидывая, из какого именно 232-го окна этого потрясающего небоскреба я буду взирать на Персидский залив. Жалко, на картинках не было обозначено, какие окна – suits, а какие – rooms.

– Даша, – прервал мои идиллические грезы звонок мобильника, – ты где? Дома? Можешь оторваться от своего сценария на часик? Дело есть.

Это был Макс. Предполагаемый и скорый близкий родственничек, которого я сама своей же семейке и удружила после знаменательной куршевельской истории, когда он нас с Юлькой вытащил из цепких лап распоясавшейся полиции.

– Нет, Макс, не могу, – вздохнула я. – Работы невпроворот!

Макс, как и все остальные, ничего о моем нынешнем плачевном положении не знал. Все думали, что я заперлась на месяц в четырех стенах, чтобы написать киносценарий по своим же куршевельским очеркам, которые в столичном бомонде произвели просто фурор, а меня враз вознесли на Олимп журналистской известности. Киносценарий мне, если честно, пока еще никто не заказывал, но это всего лишь вопрос времени. Зато как здорово звучит: я пишу киносценарий по свом путевым заметкам!