В нашей деревне из 30 домов только один хозяин Кузьма-мельник занимался пьянством. А стал он пьяницей только потому, что имел нетрудовой доход от ветряной мельницы. За внеочередной помол мешка зерна клиент давал Кузьме бутылку водки. Вот постепенно мельник и втягивался в пьянство.

Было несколько хозяев – Патрей, Гордей, Третьяков, – которые во много раз зажиточнее Кузьмы. У них были деньги, заработанные тяжелым трудом, накопленные благодаря нечеловеческой скупости, бережливости, жадности к накопительству. И вот, думаю, благодаря трудностям при наживе своих денег эти владельцы были далеки от пьянства. Они всегда не прочь выпить, но своих денег на водку не давали.

Таковы были все жители нашей деревни по отношению к пьянству.

Коснемся вопроса семейной жизни в деревне.

Как упоминалось выше, жили большими семьями. Домашнее хозяйство создавалось дедами, отцами и внуками. В одной семье часто можно было встретить семью из 3-х поколений. Нельзя сказать, что жили они тихо, мирно.

В материальных недостатках, нужде много было причин для вражды. Но для раздела двора нужны были средства, а их не хватало. Так и продолжали жить вместе. Несколько семей были зажиточнее. Они отделяли старших сыновей, образовывали новое хозяйство.

В каждой семье было по 5–7 человек детей. Наблюдалась печальная картина в деревенской жизни. Семья в нужде. Не хватает хлеба. Ходят все в лаптях, в рваной одежде. Никаких перспектив для улучшения жизни. А семья растет. Через два года, а чаще через год рожают ребенка. Со стороны смотреть – жутко становится за таких людей.

Возникали разногласия в семьях.

Причины были разные, и ссоры в семьях были самые разнообразные. Но большие семьи продолжали жить вместе, как будто у них все благополучно. Для раздела не хватало средств.

А насколько прочны были семейные отношения в духовном смысле?

В нашей деревне за все время, что помню, не было ни одного развода. Были в семьях и хорошие, дружелюбные отношения, были и разногласия, ссоры, а жили вместе, не разводились. Не слышно было о разводах и в окружающих нас селах и других деревнях. В то время, по-моему, даже не знали, что есть такое право – на разводы, расторжение браков. Хорошо это или плохо? С объективной стороны это положительное явление. Самое главное – дети вырастали под надзором родителей. Не было беспризорных детей.

Во всей нашей деревне только Макар Баранков отделился от жены и жил раздельно, но развод не оформлял.

Как же оценить такие перемены в семейных отношениях, сравнивая количество разводов в те времена и в наше советское время? По некоторым сведениям, в отдельных городах количество разводов в новых семьях доходит до 30 процентов и более. Конечно, такое явление не назовешь положительным. В чем причина? Приходится повторить, что здесь мы опять встречаемся с каким-то парадоксом. При рассуждении о причинах пьянства и алкоголизма мы заметили связь между уровнем материального благосостояния людей и количеством случаев пьянства. Из менее обеспеченных или менее зажиточных людей в деревне реже встречается пьяница. И наоборот.

Некоторое сходство можно найти и в анализе причин развода в новых семьях. Прежде сельская семья не могла допустить мысли о разводе, так как некуда деваться после развода. Сдерживало семью от распада безвыходное материальное положение. В данное время молодые люди, выросшие в полном довольстве, получившие образование, не имеющие в советских условиях опасения за свое будущее, не могут переносить ни малейших случаев житейских неудач, ни мелочных бытовых неудобств, никаких противоречий в семейных делах. Легко, необдуманно идут на развод. Впрочем, это лишь одна сторона, и допускаю, что в своем суждении я не прав. Причин в этом сложном и тонком деле, конечно же, гораздо больше. И тут нужен особый, большой разговор...

Подошел сентябрь 1907 года. Мне исполнилось 9 лет. Школьный возраст. К этому времени в деревнях появилось больше грамотных, хотя взрослые и старших возрастов мужчины и женщины по-прежнему в основном были неграмотны. А если появлялся вдруг фельдшер, техник или инженер – выходцы из простых крестьян, на них с восхищением смотрели в деревне, как в наше время восхищаются подвигами космонавтов.

Но уже назревало и среди неграмотных сознание полезности грамотности в жизни. Неграмотному человеку становилось все труднее вести хозяйство. На базаре он не мог справиться ни с покупкой, ни с продажей своего товара. Призванные в солдаты деревенские парни оказывались неполноценными служаками царю-батюшке. Уходили в города на заработки, на ремонт железной дороги, на шахты – везде неграмотному мужику было темно и не свободно в общении с людьми.

Пришло время и моим родителям подумать о направлении меня в школу. При этом еще рано было думать о дальнейшем продолжении образования, о получении какой-то специальности и о других высоких перспективах жизни. Суждения моих дорогих родителей были самые злободневные, простые, реальные. Они рассуждали по-своему, так: «Без грамоты становится жить трудно. Хоть работник в хозяйстве и нужен, но мальчик по природе растет слабый. Пахарь из него не получится, косить и молотить он тоже бессилен. А растут, и еще прибавятся дети в семье. Сколько их еще родится – Бог знает. Настанет время, и каждому мальчику придется отрезать часть полосы в поле и огороде для его нового хозяйства. Где им земли возьмешь? Пускай он идет учиться. Может, в дальнейшем и „в люди выйдет“.