— Выходит, этот ублюдок Таддуеш снова под крылышком герцогини, — мрачно констатировал Джанни. — Интересно, как они умудрились его отсюда вызволить.

— Он исчез вчера, — сказала Хенна. — Наверное, во время падения… вернее, нападения с воздуха. Когда эта глыба проломила купол и рухнул амбар, началась паника, так что было не до него. Потом Фарн поднялся к этому паршивцу в комнату, чтобы проверить, как он. Окно было выбито, а пленник исчез. Если учесть, что сломать окно из магического льда Таддеуш не мог, то это сделал кто-то из магов.

— Верно, — кивнула Илана, с трудом подавив зевок. — Это явно был оборотень. Ют, который принял облик кого-нибудь из жителей посёлка или маленького зверька.

— Скорее уж птицы, — предположил Дэнни Браундер. — Окно-то высоко. Ну и увёл Таддеуша через врата прямо в объятия бабули. Теперь, когда на её стороне юты, эта тварь ещё опасней. Илана, а может, они тебе просто лапшу на уши вешали? Ну про то, что подлинная власть над этой материей есть только у ютов. Ты же заделала ею дыру в куполе.

— Заделала, а теперь как выжатый лимон… Звезда погибшего мира светит прежде всего тем, кто когда-то был его частью.

— По-моему, ты просто устала.

— Лично меня нисколько не удивила подлость этих ютов, — заявила Хенна. — Давно ли они помогли герцогине похитить Илану?

— Мы знали, что часть ютов перешла на сторону колдунов, — сказала Илана, — но я не думала, что это большая их часть. Я даже не подозревала, что есть юты, которые так ненавидят снежных магов.

— И всё же эта Йесси тебе помогла, — задумчиво произнёс Эдан. — Неужели только потому, что ты спасла её дальнего родственника, с которым она и познакомилась-то недавно?

— У этих созданий вообще странная логика, — пожала плечами Хенна. — Иланы, полукровки и все, кто оказался в одном с ними лагере, видите ли, виноваты перед ютами в том, что произошло с их миром несколько тысяч лет назад. Теперь они решили создать могущественное государство, и для них все средства хороши! Представляю, что начнётся, если они будут продолжать в том же духе. Теперь их союзники, решая свои дела, могут рассчитывать на помощь оборотней. На германарском троне сидят оборотни. Вчера оборотни заменили на заседании людей, которые могли вас поддержать… Скоро эти оборотни проникнут всюду!

— Думаю, ты преувеличиваешь, — мягко возразил Мартин. — Юты — немногочисленная раса…

— Ты уверен? А если даже и немногочисленная, то это положение может измениться в очень скором будущем. А вот что ждёт в ближайшем будущем нас… Я даже думать об этом боюсь.

Илана тоже боялась об этом думать. Переговоры провалились, она и её друзья еле вырвались из ловушки. Их, как говорится, обложили со всех сторон, а самое ужасное — это то, что под ударом оказались люди, давшие им пристанище.

«Может, уйти отсюда? — размышляла девочка. — Неужели нам только это и остаётся — бежать в какой-нибудь захолустный мир и скрываться всю оставшуюся жизнь? Но как теперь бежать, бросив этих людей? Они совершенно беззащитны перед шайкой подонков, у которых есть ледяные корабли и снаряды, способные пробить даже магический купол. Не знаю, смогу ли я их защитить, но без меня им будет ещё хуже… А может, наоборот, лучше? Герцогине нужна только я. Она и её шайка считают, что с Изабеллой и Гаем они уже разделались, раз и навсегда изгнав их из Германара… Может, узнав, что меня здесь нет, эти мерзавцы оставят всех остальных в покое?»

— Илана, тебе необходимо отдохнуть, — голос Изабеллы доносился издалека, словно бы из другой комнаты. — У тебя уже голова на шее не держится.

— Да, — согласилась Илана, вставая. — От такой меня толку мало. Пойду посплю. Если что, будите…

— Может, пойдёшь вниз? — спросила Хенна. — Там есть вполне удобные, уютные комнаты.

— Нет, спасибо. Я, конечно, никому не советую расслабляться, пусть дозорные по-прежнему следят за небом, а дети сидят в подвалах, но я не думаю, что посёлок сейчас будут бомбить. Герцогиня знает, что я здесь, а я нужна ей живая. Во всяком случае, тело ей нужно живое. Это разум мой она предпочла бы убить.

— Но тебя могут попытаться похитить, — забеспокоилась Лилиана. — Если эти чёртовы оборотни способны превращаться в кого угодно, кто-нибудь из них может проникнуть в посёлок и даже в дом в обличье какой-нибудь мелкой твари. Интересно, а в насекомых они превращаться могут?

— Кажется, нет. Чем мельче тварь, тем трудней в неё превращаться и трудней сохранять этот облик. Не волнуйтесь. Кто бы ко мне ни проник, я же с ним не пойду.

— Да, но тебя могут убить, — нахмурился Мартин. — Герцогине ты нужна живая, но у тебя и кроме этой старой развратницы врагов хватает.