Шрифт:
– Это уже не Керчь?
Слова мгновенно сдуло с губ. Рита даже удивилась, когда Тарзан обернулся и ответил:
– Керчь. Она тянется вдоль моря узкой полосой. Очень длинной. А нам с тобой в Аршинцево, в другой микрорайон. Минут через семь-десять будем на месте.
Рита зачем-то кивнула, словно Тарзан мог увидеть. Разочарованно проводила взглядом опять исчезнувшее за рядом высотных домов море. И испуганно ойкнула, когда мотоцикл резко обогнул медлительный грузовик.
Впрочем, спина Тарзана казалась широкой, твердой и странно надежной. Рите ничуть не было страшно. Она покрепче обхватила парня за талию и приказала себе не волноваться.
Уж не провинциальной девчонке с ней тягаться! Захочет Рита, так этот Тарзан через пару дней из ее рук начнет есть. А о Леське забудет и думать.
Кстати, фотографии с ним должны классными получиться. На фоне моря. Или где-нибудь у летнего кафе. Девчонкам потом покажет, наврет с три короба о летнем романе…
Нет, она Леську обязательно сделает!
Рита презрительно фыркнула: даже Ленка Сахарова всегда признавала, что Рита самая красивая девушка класса. А может, и школы. Если же вспомнить, чем у нее набита сумка…
Да она отобьет этого парня у Леськи через день-другой, не больше!
Глава 2
Леся
Леся очень волновалась. Еще три недели назад она знать не знала, что у нее есть троюродная сестра. Причем не малышка двух лет или тетка под тридцать, а ровесница. Да где – в России. В самой Москве.
Настоящее чудо!
Живешь себе, ни о чем таком не подозреваешь, а тут вдруг раз – письмо пришло. От маминой двоюродной сестры тети Наташи. Из-за границы. Тетя Наташа жаловалась, что в этом году они с мужем оказались совершенно без денег. И не представляют, куда пристроить на лето единственную дочь.
Леся улыбнулась: вот уж проблема! Ее, например, никогда никуда не пристраивали. Сколько Леся себя помнила, она все каникулы проводила дома, в Керчи.
Хотя нет! В прошлом году они всем классом ездили весной в Киев. На целую неделю. И Лесе больше всего запомнился Киевский зоопарк.
Тетя Наташа писала: надеялись вывезти Риту на июль в Италию, но с весны у них с мужем все пошло кувырком, они в полнейшем цейтноте. А оставлять на все каникулы ребенка в душной, загазованной Москве совсем не хочется.
Так вот, не могла бы Шурочка приютить Маргариту на лето? Понятно, деньги на ее содержание они обязательно наскребут, девочке лишь крыша над головой нужна и небольшой присмотр. Маргарита у них девица довольно взрослая, и безответственной ее тетя Наташа не назвала бы…
Затем в письме подробно расписывалось, что Маргарита почти полностью самостоятельна, хлопот с ней никаких хозяевам не будет, так что если у Шурочки нет возражений…
Возражения у Лесиной мамы, может, и были, но она о них умолчала. Повздыхала немного и ушла с письмом в комнату деда – советоваться.
Леся проводила маму тревожным взглядом. Она понимала, что неожиданная гостья внесет осложнения в их жизнь, но… Ей так хотелось увидеть Риту!
Девочка взволнованно закружила по кухне: у нее есть сестра! Самая настоящая, кровная, пусть и всего лишь троюродная.
Если честно, Леся всегда завидовала одноклассницам, имеющим братьев или сестер. И Богдану завидовала.
Богдану вообще повезло: две сестренки. ДВЕ! Правда, совсем маленькие. Машке четыре года, а Дашке – пять.
Она, Леся, оказалась счастливее. Они с сестрой одного возраста. Рита тоже в девятый класс перешла. Они наверняка подружатся. И когда-нибудь Леся приедет к Рите в гости. В Москву.
Леся аккуратно сняла с подоконника упрямую ветку персика, отвела ее в сторону и улыбнулась: почему – когда-нибудь? Ровно через три года. Она же собирается там учиться.
Леся грустно вздохнула: Богдан следующим летом окончит гимназию и поступит в московский Физтех. А потом и Леся приедет туда же. Только ее интересует не физическая электроника, а экономика. Леся специально узнавала – в Физтехе есть нужный факультет.
Леся озабоченно сдвинула брови: вообще-то ей хотелось бы поступить в Литературный институт, но это вряд ли возможно. Он единственный в России, на Украине такого вуза и вовсе нет.
Наверняка туда конкурс сумасшедший, Леся просто уверена. К тому же, нужно для начала представить комиссии свои работы, а у Леси ничего подходящего на руках нет. Только короткие рассказики и стихи. Они лишь маме нравятся, Леся же понимает – совсем детские.
Леся даже Богдану их показать боится. Если Богдан высмеет ее – не беда, но если посмотрит сочувственно…
Нет, Леся никогда Богдану стихи не покажет!
А вот Рите – запросто. Сестра все-таки.
Как странно звучит – сестра. У нее, у Леси, есть настоящая сестра! Пусть в Москве. И они почти два месяца проведут вместе. В одной комнате. Ей впервые в жизни будет с кем посекретничать.