Я сам наблюдал случай, когда антиальфа и эпсилон вакцины были прописаны от синусита молодой девушке, уже и так истощенной большим количеством вакцин и антибиотиков. И это не единственный случай, в наши дни это универсальный метод лечения местных инфекций, несмотря на то что он повреждает миндалины, зубы, аппендикс, желчный пузырь и даже участки кишечника. Меня всегда поражает единодушная приверженность медицинского мира к подобным методам, так же как и его нежелание понять, что местная инфекция является не причиной, а следствием заболевания, и выздоровление пациента происходит не за счет подавления местной инфекции, а в соответствии с законом исцеления.

И все же, несмотря на широчайшее использование антибиотиков, кортикостероидов и психотропных средств, клинический подход, подразумевающий лечение личности пациента, а не болезни как абстрактного понятия, оторванного от пациента, добился некоторых успехов.

Ганеман был не единственным, кто ратовал за изучение болезни как целого с учетом всей симптоматической картины и анамнеза жизни пациента. Так поступали и многие другие, от самого Галена, создателя аналитической медицины, до Клода Бернара, лидера экспериментальной медицины, который утверждал, что «органическая физиология может быть выражена в терминах физики и химии, но организм в целом действует как живой объект и, без сомнения, подчиняется законам, которые стоят выше физиологии и органов».

Настоящая болезнь развивается задолго до симптомов и их органического выражения. Это болезнь рег sе, динамический корень болезненной предрасположенности, тот жизненный субстрат, который, будучи пока еще лишенным физических симптомов, выражает себя через индивидуальный способ жизни пациента и бессознательно определяет силу или смелость, с которой пациент борется в процессе адаптации.

Предполагаемое деление на физиологию и психику осталось в прошлом. Психиатрия, психология и психоанализ уже согласны с эволюционной идеей о том, что поведение нервных клеток, или нейронов, не отличается по своей природе от биологического поведения любых других специализированных клеток организма. Все клетки организма совместно реагируют на болезненные стимулы, снижая общую восприимчивость пациента к болезням, из чего можно сделать вывод, что всё биологическое одновременно является психическим и всё психическое — биологическим.

Русский физиолог И. П. Павлов (1849–1936), открывший условный рефлекс, объяснил, каким образом влияют на психику факторы окружающей среды, а также как отражаются процессы, происходящие в нервной системе на биологическом, физиологическом и психологическом уровнях. Он писал:

«Как эмпирический психолог, я всегда наблюдал и наблюдаю за собой и за другими в той степени, в которой это возможно.

Древнее изречение nosce te ipsum — познай самого себя — означает познай себя через отношения с окружающими. Я сознательно против любой теории, цель которой объединить все феномены, составляющие нашу субъективность. Но я не могу отказаться от анализа нашей субъективности, также как от попыток понять ее определенные пункты, преимущественно через самого себя».

Это тем более важно, что написано человеком, которого я считаю самым блестящим представителем чистой научной мысли, с помощью анализа и индукции объяснившего поведение людей и животных на основе событий биосоциального окружения, в котором они развивались. Павлов понимал необходимость субъективного самоконтроля врача и его способности сопереживания субъективности пациента. Я считаю павловский образ homo reflexologicus одним из самых полезных и плодотворных научных исследований человеческой субъективности и природы заболевания.

Другими известными исследователями, видевшими определяющий фактор болезни в личности пациента, были Шелдон, Юнг и Кречмер. Кречмер (1888–1964), например, связывал определенные заболевания со специфическими типами личности. Он обнаружил, что низкорослые, полные люди с широким туловищем и плечами склонны к сосудистым и маниакально-депрессивным состояниям, тогда как высокие и худые астеники предрасположены к шизоидным состояниям и туберкулезу. Эти категории Кречмера — соединяющие психику и строение тела пациента с тенденцией к определенным заболеваниям — были неоднократно подтверждены клинической практикой. И хотя они не поддаются лечению обычными препаратами, но успешно вылечиваются конституциональными гомеопатическими средствами, такими, как Calcarea carbonica, Lycopodium, Natrum muriaticum, Phosphorus и др.

Позитивистская традиция, которой следовал Клод Бернар и которая преобладает в сегодняшних научных исследованиях, отдалила современную медицину от античного философического искусства врачевания, которым занимались в лечебных храмах Асклепия. На заре развития религии и философии Гиппократ учил, что человеческая личность структурирована в соответствии с духовным и социальным окружением, в котором она существует. Именно тогда был впервые установлен закон подобия, который является следствием холистического понимания места болезни в человеческом существе, а следовательно, и интуитивно правильно понятого принципа единства, управляющего настоящей динамической причиной индивидуального физического и психического поведения.

Ганеман подхватил нить этих исследований и идентифицировал динамический субстрат, или болезненную предрасположенность, предложив свою теорию миазмов и псоры как истинной динамической подоплеки болезни. На уровне науки своего времени он описал заболевание или состояние, которое мы сегодня называем аллергией или сверхвозбудимостью, вызванной иммунной системой, когда она сталкивается с подавлением выведения из организма продуктов катаболизма, которое, в свою очередь, происходит из-за нарушения тока жизненной энергии.