Все еще переваривая неожиданную информацию, Джуди бессмысленно мотнула головой. Ее густые волосы рассыпались по плечам.

– Охранники следят за порядком день и ночь, – добавил он.

– Я нахожу это пугающим. Вооруженные люди все время рядом со мной? Такое не располагает к покою, – парировала она.

Мужчина пристально посмотрел ей в глаза. Джуди показалось: еще мгновение, и он услышит биение ее сердца. Она поспешно отвернулась, боясь, что он сможет прочитать ее мысли. Все происходило как во сне. Это всего лишь физическое влечение, ни сердце, ни разум не нуждаются в этом, решила женщина.

– Вас зовут Джуди, не так ли? – мягко спросил мужчина. – Это имя подходит к вашим черным волосам, голубым глазам и такой прекрасной коже.

Женщина, покраснев от столь щедрого комплимента, пыталась сообразить, каким образом имя ее может подходить к прекрасной коже. Должно быть, он просто хотел сказать ей что-нибудь приятное.

– Меня зовут Марчелло. Остальная часть моего имени слишком длинна, чтобы ее запомнить. Я был последним ребенком в семье, но первым сыном. До меня мать родила трех дочерей. Я же появился, когда ей исполнилось сорок. Врачи категорически возражали против этой беременности. Но матери так хотелось иметь сына. Она по происхождению была итальянкой, родилась на Сицилии в многодетной семье, у нее было пять братьев. Когда появился я, мать так обрадовалась, что назвала меня Марчелло. А отец, чтобы нейтрализовать, как он говорил, итальянский дух, добавил мне все свои любимые имена. Так что их у меня стало целых шесть.

– Шесть имен! – изумилась Джуди.

– Папа любил переходить из крайности в крайность. Боюсь, этим я пошел в него. Он назвал меня в честь трех святых и добавил имена двух своих братьев. А Марчелло – так звали отца моей матери. Это первое имя, и именно так меня называют.

– Очень интересная история, – проговорила Джуди, пытаясь понять, что он имел в виду, когда сказал, что переходит из крайности в крайность. Возможно, ее новый знакомый относился к категории мужчин, исповедующих в жизни принцип «все или ничего». Он совсем не похож на Джона, подумала Джуди, и чувство вины вновь вернулось к ней. Почему она сравнивает этого испанца со своим мужем? Они были словно небо и земля. Во всех отношениях. Глупо ставить их рядом. Глупо и стыдно. Она никого и никогда не смогла бы полюбить так сильно, как Джона. Да и не хотела. А тяга к Марчелло – лишь весеннее сумасшествие.

Сейчас Джуди жалела, что утром вышла на балкон и увидела у бассейна его – такого сильного и красивого. Казалось, даже солнце радовалось в каждой капельке на его теле. А может быть, солнце и незнакомая природа – виновники тревожащих ее ощущений? Она так далеко от всего близкого и родного, от семьи и обязанностей, свободная, словно птица. Видимо, свобода и кружит голову.

– Да, действительно интересная, – отозвался Марчелло.

Джуди недоуменно взглянула на него, не понимая, о чем он говорит. Потом вспомнила, что это – продолжение темы о его отце. Напряжение вернулось к ней.

– Он умер? – сочувственно спросила женщина.

Марчелло кивнул, и улыбка мгновенно сошла с его лица, глубокая складка прорезала лоб.

– В прошлом году папе исполнилось восемьдесят пять. Это был очень интересный человек. И его смерть стала для нас большим горем.

– Смерть – всегда потрясение, – задумчиво произнесла Джуди, словно говоря сама с собой.

Он повернулся и окинул ее изучающим взглядом.

– Я прочел в вашей регистрационной карте, что вы вдова. Давно умер ваш муж?

– Три года.

– Три?.. И долго вы были женаты?

– Полжизни…

Всю жизнь, подумала Джуди. Время, проведенное с Джоном, казалось вечностью. Всю жизнь – вдвоем.

– И вы были счастливы. – Это уже не вопрос, а спокойное утверждение.

– Да.

После очередной паузы мужчина поинтересовался:

– А почему вновь не вышли замуж? Не встретили никого достойного или…

Джуди рассердило излишнее любопытство собеседника.

– У меня двое детей и собственное дело. Свободного времени совсем нет.

В его серых глазах вспыхнули насмешливые искорки.

– Какая трата времени!

Женщина почувствовала, как краска заливает ее лицо.

– Я очень благодарна вам за помощь, но должна сказать, что не люблю обсуждать свою личную жизнь с незнакомцами.

– Как это по-английски! – съязвил Марчелло.

– Да, я и есть англичанка.

– Это предупреждение?

Джуди пожала плечами и не ответила.

– Буду иметь в виду.

Женщина с облегчением заметила, что они уже приближаются к отелю. Территория комплекса выглядела очень красиво ночью, в теплом свете фонарей. Подъехав ближе, они услышали музыку, доносящуюся из-за закрытых дверей бара. Окна были ярко освещены, сквозь них просматривались люди за столиками, белый рояль. На нем играл мужчина, а вокруг стояли слушатели.

Марчелло обернулся к Джуди, грациозно откинувшись на спинку сиденья. Но что-то в его позе было от животного, готового в любой момент к решающему прыжку. Их колени слегка соприкоснулись, и Джуди вздрогнула.

– Так. Дело не шуточное. Медсестра осмотрит вас перед сном.

– Со мной все в порядке, – сказала женщина, выходя из машины. Но, как назло, она поскользнулась на узкой мраморной дорожке. Чтобы не упасть, пришлось ухватиться за машину. Услышала, как Марчелло что-то едва слышно пробормотал по-испански. Потом подошел к ней и обхватил за талию. Его пальцы оказались чуть ниже груди, и Джуди почувствовала озноб от легкого возбуждения.