– Извините, капитан Бьючерд, – пробормотал он, – но я очень устал. Рабство, сегодняшнее сражение…

Джелиана Бьючерд и Гьюлам д'Аверк, поглощенные друг другом, даже не обратили на него внимания.

Капитан Бьючерд быстро поднялся и с пониманием сказал:

– Конечно, прошу прощения, господин Хоукмун, за то, что я был столь невнимателен…

Хоукмун улыбнулся в ответ:

– Отнюдь, капитан. Ваше гостеприимство выше всяческих похвал. Однако…

Рука Бьючерда потянулась к звонку, но прежде чем он успел позвонить слуге, раздался стук в дверь.

– Войдите! – резко сказал Бьючерд. Появился запыхавшийся привратник:

– Капитан Бьючерд! На пристани пожар… горит судно!

– Судно? Чье судно?

– Ваше судно, капитан… то, на котором вы сегодня прибыли. Бьючерд поспешил к выходу. Хоукмун, д'Аверк и Джелиана последовали за ним.

– Коляску, Пер, – на ходу приказал хозяин. – Скорее коляску!

Через несколько минут крытый экипаж, запряженный четверкой лошадей, стоял у подъезда, и Бьючерд уже залезал в него, нетерпеливо подгоняя Хоукмуна и д'Аверка. Джелиана тоже высказала желание сесть в коляску, но брат покачал головой:

– Нет, Джелиана, жди нас здесь. Мы не знаем, что происходит в гавани.

И кони понесли их во весь опор к порту. Коляска подпрыгивала на булыжной мостовой.

Узкие улочки были освещены факелами, укрепленными в специальных подставках на стенах домов. Проносящийся с грохотом и треском экипаж отбрасывал зловещие черные тени.

Наконец они выехали на набережную, освещенную куда лучше, чем просто факелами: у причала горела шхуна. Повсюду царила суматоха – владельцы соседних судов загоняли свои команды на борт, чтобы те отвели суда подальше – не ровен час, огонь перекинется на другие корабли.

Бьючерд выпрыгнул из коляски, Хоукмун и д'Аверк не отставали. Капитан побежал к пристани, продираясь сквозь толпу зевак, но у самой воды остановился, понурившись.

– Безнадежно, – прошептал он. – Судно погибло… Как пить дать, работа Вальона!..

Верониг с лицом, лоснящимся от пота и пунцовым в отсвете пожара, прокричал из толпы:

– Ну, Бьючерд, убедился? Вальон мстит! Я предупреждал! Раздался стук копыт. Они обернулись – к ним приближался всадник на взмыленном скакуне, одетый в причудливый наряд. В левой руке наездник держал свиток.

– Бьючерд! – кричал он на скаку. – Пал Бьючерд, осмелившийся потопить «Речной ястреб»!

– Ну, я – Бьючерд. А ты кто такой?

– Посланник Вальона! – он бросил свиток к ногам Бьючерда, но тот даже не пошевелился, чтобы поднять его.

– Что это? – процедил капитан сквозь зубы.

– Это счет, Бьючерд. Чек за пятьдесят воинов и сорок рабов, за судно и всю его оснастку плюс двадцать пять тысяч за утерянные драгоценности. Вальон тоже может играть в ваши купеческие игрушки!

Бьючерд внимательно посмотрел на посланника. Колеблющийся отсвет бросал на его лицо причудливые тени. Ногой он сбросил свиток в грязную речную воду.

– Ты, как видно, решил напугать меня этой мелодрамой! – твердо ответил он. – Что ж, передай своему хозяину Вальону, что я не испугался и не намерен платить по его счету. Скажи ему так: если он хочет «играть в купеческие игрушки», то пусть зарубит себе на носу, что он и его ненасытные предки задолжали Нарлину сумму, много большую, нежели написанная в этой бумажке, а я буду и впредь гасить этот долг!

Всадник открыл было рот, но отвечать раздумал, сплюнул на мостовую и умчался во тьму.

– Теперь он убьет тебя, Бьючерд! – сказал Верониг почти с торжеством. – Он убьет тебя. Я надеюсь, Вальон понимает, что не все такие дурни, как ты!

– А я надеюсь, что не все такие дурни как ты, Верониг, – презрительно ответил Бьючерд. – Если Вальон угрожает мне, значит, я добился успеха – хотя бы частичного – и вывел его из себя!

Он вернулся к экипажу, галантно пропустил вперед Хоукмуна и д'Аверка, сел сам, захлопнул дверцу и постучал по крыше рукоятью меча, показывая вознице, что можно трогать.

– А вы уверены, что Вальон так слаб, как вы предполагаете? – с сомнением спросил Хоукмун.

Бьючерд мрачно улыбнулся:

– Уверен, что он сильнее, чем я предполагаю, – даже сильнее, чем полагает Верониг. Мне кажется, Вальон так и не пришел в себя от изумления после того, как мы осмелились сегодня напасть на его судно… О, он еще себя покажет! Но разве стоило говорить об этом Веронигу? А, друзья?

Хоукмун в восхищении посмотрел на Бьючерда:

– Капитан, вы полны отваги.

– Скорее, отчаяние переполняет меня, дружище Хоукмун. Хоукмун кивнул: