— Месяц назад, значит… и откуда он прибыл?

— Из Томола.

— Вот как, — протянул Михаил, — Ну что же, я ожидал чего-то подобного.

— Но он мог туда просто заглянуть по пути. Это может быть совпадением, — вставил Ферен.

— Нет, уру, нет, это не совпадение. Если подумать, то за покушением стоял либо Кмант, либо Томол, либо и тот и другой.

— А как же Фегрид? — Ронел был озадачен.

— Это не может быть Фегрид, — объяснил король, — У империи в руках Миэльс. Им совсем не нужно плодить дополнительных королей Ранига. Они и так обладают на Миэльса максимальным влиянием. В обмен на возвращение трона, он еще долго будет плясать под их дудку.

— Я распорядился немедленно найти и арестовать торговца, — добавил Комен, — Но его дом сейчас подозрительно пуст. Пришлось оставить там несколько человек.

— Это верно. Но если он уже узнал об аресте офицеров, то, думаю, что успел сбежать. Что он хоть им пообещал?

— Пять тысяч золотых каждому плюс звания тысячников в армии нового короля. Сразу после твоей смерти они должны были…

— Подожди, Комен. Расскажешь об этом потом подробно. В общих чертах я и так знаю, что они должны были сделать. А вот как там насчет тех шестерых, сказавших «да»? Что ты имел в виду, когда сообщил, что они почти невиновны?

— Четверо получали косвенные предложения, резко отказались от них, но не доложили об этом. Двое случайно подслушали разговоры и тоже не доложили об этом.

— Косвенные предложения? — переспросил Ферен, — Например, какие?

— Ронел, — улыбнулся Комен, — Мы все знаем, что ты никогда в своей жизни не получал косвенных предложений. Я бы очень хотел посмотреть на того храброго безумца, который их тебе бы сделал. Обычно — это намеки. В сослагательном наклонении. «Вот если бы ты… или Если бы я… или еще лучше: Если бы вдруг у Ранига оказался другой король…»

— Кто им делал эти предложения? — поинтересовался Михаил.

— Да все тот же Неррант Круен, парочка пока что неизвестных лиц и Наргел Мист, секретарь уважаемого посла Кманта.

— Секретаря ты тоже арестуешь?

— Нет, твое величество. Там запутанная ситуация. Оба были пьяны, играли в кости, говорили о всякой ерунде. Прямых предложений со стороны Наргела не было, даже косвенные под вопросом. Не думаю, что посол будет доволен, если мы арестуем его секретаря, не имея существенных доказательств.

— Хорошо, Комен, но торговца ты должен допросить сразу же после ареста.

— Да, твое величество.

— Этих шестерых наказывать не будем на первый раз. Постарайся им объяснить, что в таких случаях нужно немедленно ставить тебя в известность. А капитана и лейтенанта… отдадим под военный суд. Мне не хочется в этом участвовать, поэтому ты действуй по уставу, который мы с тобой обсудили, но еще не закончили дописывать. Постоянных военных судов у нас нет, поэтому сформируй две тройки судей из непосредственного начальника каждого и двух равных ему офицеров. Как решат, так и будет.

Комен поклонился.

— Теперь моя очередь рассказывать, — король помедлил, — У меня есть новости для вас обоих.

Комен и Ферен насторожились. Тон его величества был очень серьезен.

— С этого дня вы не будете пользоваться амулетами Террота.

Собеседники с удивлением воззрились на своего короля.

— Не беспокойтесь, я его не заберу. То есть, заберу, конечно, но дам взамен кое-что другое, что будет выглядеть точь в точь как амулет Террота. Но защита… защита станет гораздо лучше. Не задавайте никаких вопросов и даже старайтесь не думать о замене. Это приказ.

Михаил решил внести изменения в амулет «великого ишиба» и снабдить им своих друзей. К счастью, эти изменения были невелики. По его задумке, ти Комена и Ферена должно казаться идентичным ти носителей амулета Террота. Но новая защита не шла ни в какое сравнение с ним. У генералов не было аба, поэтому они не могли пользоваться всеми возможностями, которые предоставляет амулет «великого ишиба». Зато, по крайней мере, король был бы более спокоен за их безопасность. Так в мире Горр появилось четыре амулета «великого ишиба» вместо двух.

Идеи, высказанные Паретом, оказались очень полезными. Его величество находился в шаге от того, чтобы начать изготовление гранат. Перед ним стоял лишь один вопрос: где их испытывать.

В подвале? Исключено, может рухнуть дворец. Ночью на дворцовой площади? Этак весь Парм разбудишь. За городом в лесу? Михаилу не хотелось каждый раз бегать в лес и обратно, но другого выхода не было.

Пока что король наполнял энергией заготовки из собственного амулета. Хотя тот «питался» от движения молекул, все-таки его энергетический потенциал обладал некоторыми ограничениями. Помимо похолодания пространства вокруг изменяющего ти короля, у амулета был другой побочный эффект. Если поступало слишком много энергии, то часть ее не «усваивалась» абом, а приводила к его изменениям, которые блокировали способность к управлению ти. С чем это было связано, он не знал, излишки энергии не получалось быстро «сбрасывать». Поэтому массивные и энергоемкие процессы были недоступны ему. Например, он не мог воздействовать огнем на большие площади, хотя теоретически недостатка в энергии для этого не испытывал. Ему очень хотелось избавиться от такого ограничения, но это могло бы потребовать месяцев исследований, а то и лет. Если речь шла об изготовлении «обычных» гранат, создании единичных молний, небольших «стен огня», все было в порядке. Однако Михаил допускал, что рано или поздно возникнет ситуация, когда ему нужно будет либо быстро наполнять действительно огромный резервуар, либо делать что-нибудь другое, более масштабное, чем обычно.