Данная модель была способна переключаться между релятивистским и квантовым режимами за полчаса, при безупречных настройках. Когда же настройки безупречностью не блистали и все усилия Пракита по переводу гиперколебаний атомов в нужную фазу оказывались тщетны, Бетси дрожала и хныкала, и, глядя на нее, вы словно чувствовали, как у вас от страха сетчатка отслаивается от глазных яблок. Пракит, впрочем, впечатлительностью не отличался.

«Притомилась, вот и скуксилась», — сказал бы он.

— Эй, там, внизу, если ноги затекли, суйте их сюда! — рассмеялась Нора, повернувшись к люку, соединяющему корабль с ракетой «агентов особого назначения».

Аргаментайн была покладистой женщиной, ей нравилось заботиться о «своих» мужчинах, пусть это и не принято среди военных офицеров. Отца убили в битве при Церере во время Четвертого Кзинского Вторжения. Тогда она была еще подростком и тогда же лишилась способности любить или ненавидеть со всей силой.

— У нас тут места и для тебя хватит! — нагло соврал один.

— Мы все еще тут! Все еще тут! — откликнулся второй. Нора сдобрила пару крекеров из сухого пайка темными

кусочками камамбера и отправила угощение в «дыру».

— Не крошите в постель!

Больше суток с короткими перерывами на сон они с Чарли провели за расшифровкой снимков и сканированием космического пространства на пятьдесят астрономических единиц вперед. Какое-то время Нора остолбенело разглядывала Змеиный Клубок через электронную лупу.

— Боже, Чарли, только взгляни на их астероидный пояс!

Особенной спешки сейчас не требовалось: задач первостепенной важности не наблюдалось. Корабль продвигался крайне осторожно. Одолеть пятьдесят астрономических единиц они смогли бы и за двадцать минут, однако очень не хотелось угодить прямиком в рассадник кзинов, особенно когда для следующего прыжка тебе нужны полчаса подготовки.

Порой ей снились кошмары. Подростком, живя на ферме в Айове, она мечтала оказаться в кресле пилота и по вечерам, когда сквозь кроны деревьев виднелись яркие звезды, представляла, как расстреливает полосатых монстров в упор и спасает отца. Где он был? Что делал? И был ли невредим? Своеобразный сумеречный ритуал — убийство кзинов.

Чарли разбудил ее, мягко тронув за плечо:

— Гости пожаловали. На восемь часов. Двадцать градусов вверх. Пракит, уводи нас отсюда к танью собачьему!

Сон как рукой сняло, и лейтенант поспешно вывела на экран текущие данные. Сделала запрос — компьютер выдал свежую порцию графиков.

— Идут быстро. Доплеровский детектор фиксирует торможение в шестьдесят четыре g. Три истребителя. Судя по эмблемам, «Рыки воздаяния». Такой же подбил отца.

— Сколько у нас времени? — Голос Чарли звенел как сталь. Лишняя болтовня только раздражала.

— Тише, Чарли. Это другая война. От нас не зависит исход решающей битвы. Они в нескольких часах отсюда, и нам ни за что их не нагнать, сам знаешь.

У отца не было никаких шансов против кзинских истребителей.

— Есть время для кофе и круассанов.

Но сама Нора нервно крутила в пальцах локон кудрявых волос.

— С младшей сестренкой у нас была забава в детстве. Я позволяла почти поймать себя и потом вдруг исчезала. — Она улыбнулась Пракиту. — Как дела?

— Да работаю, работаю, — проворчал тот.

Фазовый переключатель набирал мощность, пока механик отсчитывал время. Воцарилось напряженное молчание. Исход сражения зависел от пары мгновений.

— Мы любим тебя, Бетси, — не выдержав гнета тишины, произнесла Нора.

— Замолчи. Дай Пракиту работать.

Внезапно гипердрайв завибрировал, но через три секунды вновь затих. Пракит выругался:

— Она просто перезагружается.

— Времени навалом, — добавила лейтенант.

— Дайте еще пять минут на настройку, чтобы Бетси больше не рыгала.

Чарли уже просчитывал стратегию защиты. Он развернул «Акулу» ступенями ракетного двигателя к «Рыкам».

— Без толку, — заметила Нора. — Эти черти слишком ловкие, они легко увернутся от любого препятствия.

Чарли крикнул в люк:

— Нас атакуют! Готовьтесь запустить двигатель ракеты. Когда крикну «огонь», включайте!

— Нас здесь уже не будет! — вмешался Пракит.

В этот раз, пока фазовый переключатель готовился к смене режимов, никто тишины не нарушал. Нора не сводила глаз с Бетси, хотя уже и чувствовала, как сетчатка потихоньку начинает «отслаиваться». Заводись! Прошу! Но «Акула» оставалась недвижима. Подозрительно. Слишком долго.

Бетси вздрогнула и замерла.

— Придется перебрать! — рявкнул Пракит.

— А чем ты целый день был занят?! — огрызнулся Чарли. — Время? — обратился он к Норе.