Шрифт:
– А разве возможно настоящее возвращение из мира мертвых в мир живых? – попытался возразить я. – Мне кажется…
Но голос меня тотчас перебил:
– Ты не должен знать больше того, что долен знать. Я просто рассказал тебе, почему вы – и твой хозяин Баярд и ты сам – мешаете мне. Я – законный наследник рода ди Каэла! И я стану наследником, не пролив ничьей крови!
– А рыцари, которых вы убили на турнире? – спросил я.
– Поединки проходили по всем правилам. И никто этого не станет отрицать. Я хотел победить, но я не хотел убивать ни рыцаря Орбана, ни рыцаря Просперо…
– Ну, а тот крестьянин – Джафа?
– А что мог я поделать, если он сам пожелал своей смерти?
– То есть, как это так?
– А вот так! – насмешливо ответил мне ворон.
– Ну, а Эджин?
– Какой Эджин? – недоуменно спросил голос.
– Кентавр, которого убил людоед. И кроме того, я до сих пор не могу понять, зачем сэр Баярд вступил в сражение с людоедом?…
Ворон словно бы улыбнулся:
– О, это было хорошо задумано! И на сэра Баярда было просто приятно смотреть. Сражение человека со стихией! Твой Эджин… мне очень жаль, что он погиб… но он не должен был вмешиваться в поединок рыцаря и людоеда. кентавр погиб по собственной глупости…
Слова прозвучали безжалостно. Я промолчал, но сказал сам себе и – Эджину: «Эджин, клянусь, я отомщу ему за твою смерть!»
А потом сказал вслух:
– Значит, вы хотите завладеть всеми богатствами рода ди Каэла, так?!
Черная птица рассмеялась:
– Хорошо же ты меня понял, Гален! Ну сам, подумай: разве я могу быть алчным? ведь я сейчас – дух, я бесплотен. Что мне до всех их родовых земель, до их золота, всех их сокровищ?! Да и до замка, в конце концов? Нет, мне ничего не нужно. Но я хочу, чтобы у меня был сын. Наследник рода. Поэтому я и женюсь на леди Энид. А еще, Ласка, признаюсь тебе: я не видел женщины прекраснее, чем она… Возможно, она, как и ее мать, умрет молодою…
Я стоял, не в силах даже пошевелиться – словно в столбняке. Только в голове гвоздем точила мысль: «Но что же ему от меня-то нужно?»
А ворон прокаркал:
– Никому ни слова о том, что я тебе говорил! Слышишь, Ласка, никому ни слова! – Он помолчал. – Впрочем, Баярд уже не верит тебе. Не доверяет он уже и сэру Роберу. Не забывай, что я тебе сказал при первой нашей встрече: «Я БУДУ ПЛЯСАТЬ В ТВОЕЙ ШКУРЕ»! Ты ведь помнишь эти слова?! Так что ты знаешь, что тебя ждет. А если ты оценишь мое доверие к тебе, то ничего страшного с тобой не случится. И обдумав все как следует, охотно согласишься мне помогать. Мне сейчас будет весьма кстати твоя помощь…
Я ожидал подобных слов. Но какой конкретно помощи ждал от меня Скорпион? В любом случае получается, что он хочет не только жениться на леди Энид и стать наследником рода ди Каэла, но… Что «но»?
Голос молчал.
Неожиданно в коридоре послышались чьи-то шаги. Я открыл дверь и увидел… Бригельма. Брат шел с подносом на голове – словно какой-нибудь африканец.
Я ужасно обрадовался брату.
А Бригельм, дурачась, воскликнул:
– Ваш ужин, сэр! – Потом сказал уже серьезнее: – Стражники сказали, что ты почти целый день не выходил из комнаты. Я подумал: не заболел ли ты…
Ноги мои были словно приклеены к полу. Руки сведены судорогой. В горле пересохло – я не мог и слова вымолвить.
– Да что ты стоишь, как вкопанный?! – воскликнул брат.
– У тебя от голода, наверное, живот уже свело! Или рассудок помрачился… Я тебе ужин принес, слышишь, Гален?!
Брат вошел в комнату, поставил поднос на стол.
– Вот – суп, вот – жаркое. Ешь, братец! Ешь и запивай вот этим прекрасным вином. Оно, кстати, старше тебя… Ешь, говорю тебе!
– Бригельм!
Голос мой прозвучал, наверное, как-то странно – брат посмотрел на меня с удивлением.
– Бригельм, я действительно нездоров.
Но брат словно бы и не услышал меня. Он деловито налил большую тарелку супа, в кубок – вина. Затем налил вина и себе.
– А ну, Гален, давай ешь!
Пригубив из кубка, Бригельм стал рассказывать…
– Ты, Гален, наверное, уже знаешь, что Алфрик, как и мы, столкнулся на болоте с сатирами. Мне он, во всяком случае, рассказал об этом. Он, разумеется, и не подумал о том, что это – просто видение. Морок. Он даже убил кого-то из них. И не одного – нескольких! Он был так горд – словно одолел целую армию! Сражался он с ними отчаянно. Он сказал мне – я повторю тебе слово в слово: «Я пришел в благородную ярость!»
Я удивился:
– В благородную ярость? Неужели наш брат Алфрик так и сказал?
Бригельм кивнул.
– О, да! В общем, он даже обратил сатиров в бегство. Так вот, слушай: одержимый благородной яростью, Алфрик погнался за ними. И вдруг наткнулся на колуна, с которым мы сражались на поляне, посреди болота. Представляешь себе? от подобных шуточек…
– Да он, – прервал я брата, – еще и не такое может выделывать!
Бригельм, соглашаясь со мной, задумчиво кивнул.
– Да, и знаешь, что еще сказал Алфрик. Я запомнил слово в слово: «Я сразился с сатирами для того, чтобы благородный рыцарь сэр Баярд Брайтблэд мог беспрепятственно проехать по болоту». Вот видишь, он за сэра Баярда живот готов был положить.