Друзьям пришлось остановиться, пропуская фургон, потом пересечь еще одну улицу со скромными домами. Колтер не мог сообразить, куда они идут. Он молчал, давая Андре время собраться с мыслями.

– Они все были пьяны, но не так, как бываете вы или я. Уверен, среди них не было ни одного джентльмена. Но я отвлекся. Игра кончилась, и было предложено устроить аукцион. Вы, наверное, уже видели подобное прежде.

– Несколько раз, когда играли шулера. Я помню пару, работавшую в маленьких городках вполне успешно, пока их не поймали. Когда шулер не мог получить долг, он объявлял, что деньги ему нужны срочно. Тогда устраивался импровизированный аукцион. Игрок получал свои деньги и исчезал. К утру убегали и проданные рабы.

– Вы когда-нибудь покупали на подобном аукционе?

Колтер опять уловил странные нотки в голосе Андре и решил проигнорировать вопрос.

– Так что же случилось прошлой ночью?

– Они захотели получше разглядеть, что им предлагают.

– И вас это покоробило?

– И вы бы тоже не стерпели. Это были не люди, а животные.

– Позвольте мне догадаться, что было дальше, – сказал Колтер. – Вы решили предложить то, что отвлечет их внимание: вступили в игру и удвоили ставки, чтобы никто не смог отказаться. И выиграли.

– С каких пор вы меня так хорошо знаете?

– С тех пор, как мы вместе рисковали жизнью.

Андре остановился в двух шагах от поворота.

– Это здесь.

Они подошли к дому, и полковник заметил легкое движение кружевной занавески на втором этаже. Андре взялся за давно не чищенный медный молоток, но дверь открылась до того, как он успел им воспользоваться. Они вошли в плохо освещенный холл, и Колтер стал рассматривать человека, закрывавшего за ними дверь. Не обращая никакого внимания на полковника, человек вперился в Андре:

– Вы принесли деньги? Золотом?

– Где она?

– Сначала деньги.

Колтер обернулся на бой часов, стоявших в соседней комнате. Вся мебель в гостиной была покрыта чехлами, кроме большого кресла подле камина. На каминной полке стояли великолепные часы – миниатюрная копия замка. Часы пробили еще раз, и два герольда выскочили из ворот замка. Раздалась незамысловатая мелодия, и они стали маршировать в такт. Колтер подошел ближе, слушая музыку и восхищаясь фарфоровой гирляндой из роз, увившей центральный балкон замка. Мелодия все звучала, и вот на балконе появилась изящная фарфоровая дама в золотом платье, она медленно подняла ручку и помахала, как будто приветствуя кого-то внизу. Музыка прекратилась, и фигурки исчезли. Колтер даже не заметил, что держит часы в руках, пока не услышал за спиной голос хозяина:

– Когда-то они вызывали восторг у моего ребенка.

Полковник обернулся. Старик сутулился, и рука, протянутая за часами, слегка тряслась. Однако Колтер не отдавал часы.

– Сколько они стоят?

– Я их не продам.

– Они доставят радость другому ребенку. Маленькой девочке.

– Вашей?

Колтер обернулся к Андре, стоявшему в полутемном дверном проеме – все окна в комнате были плотно завешены бархатными занавесями. Он чувствовал, что только полная откровенность может снять напряжение и поставить все на свои места. И кивнул, глядя на приятеля:

– Да. Моей.

Андре что-то быстро заговорил на своем родном языке; а старик отрицательно качал головой.

Колтеру показалось, что старик сгорбился еще больше, хотя Андре употреблял все свое красноречие.

– Андре, скажи ему, что я заплачу ту сумму, какую он назовет. Только не торгуйся. Мне очень нужны эти часы.

Неожиданно старик обернулся к Колтеру:

– Я желаю вашему ребенку жить и радоваться этому подарку.

– Как мне благодарить вас! Подождите, ведь я даже не знаю вашего имени.

Старик приподнял руку, прекращая разговор. Колтер подчинился из уважения к его потерям. Когда хозяин удалился, он поставил часы на кресло и аккуратно завернул в ситцевый чехол. Прижав к груди свое сокровище, полковник подошел к приятелю и услышал на лестнице тихое шуршание шелка.

Андре говорил правду – женщина была прекрасна. Она двигалась с удивительной грацией, глаза у нее были как у лани, нежная кожа цвета меди, а волосы – сплошной поток блестящих черных колец. Когда она приблизилась, Андре поднес ее руку к губам.

– Как и обещал, Наоми, я пришел за тобой. Ее улыбка была такой же робкой и счастливой, как когда-то у Элизабет.

– Ну, вот мы все и уладили. До свидания, мне надо поторопиться.

– Желаю вам хорошо провести время, друг мой. Я-то уж точно проведу его прекрасно, – ответил Андре.

Колтер открыл дверь и услышал последнее напутствие старика:

– Берегите свое сокровище. Оно бесценно.

Огонь трещал и шипел, охватывая сырые поленья и посылая пучки искр в трубу. Золотистый свет лампы, стоявшей рядом с высоким креслом, в котором полковник читал газету, отбрасывал теплые тени на его лицо. За плотными занавесями таились ночь и многочисленные опасности, пугавшие Элизабет, как, впрочем, и присутствие Колтера.