Кен Сандерс, показавшийся мне в этот миг прямо геркулесом, приблизился и отдал честь. Стукнуть бы его хорошенько за подобные церемонии...

— "Чертова"! — гордо выпалил он.

— "Дюжина". Валяй, только скорее!

— Слушаюсь, сэр. Мы вполне сознаем безвыходность ситуации. Джессика в контакте с Конни: проведено экстренное телепатическое совещание. Наша задача: победа-или-смерть здесь, в Главной тюрьме; уровень семнадцать, секция три. Результат нашей миссии важнее всего на свете, включая нас самих. Верно изложено?

Верно-то верно, но как-то... бестактно, что ли, — выкладывать вот таким макаром... Чую я что-то не совсем обычное в его манере говорить...

— Кстати, — вмешался Рауль, — а где сэр Реджиналд?

Лицо Дона окаменело.

— Погиб. Мы охраняли больницу, и его слопало волосатое чудовище.

— Значит, и мы можем кокнуть одного в его честь, да? — мрачно осведомилась рыжеволосая, статная красавица Тина.

— Не можем! — твердо ответила ей Джессика. — Не забывайте: поэтому мы и здесь.

— Ах... йес!.. Прошу прощения, товарищ телепат.

— Но хоть душу вытрясти можно из этой сволочи? — уже вполне «по-нашему» прорычал Кен, прочищая свой «томпсон».

— Главное — проникнуть в тюрьму! — Риторический вопрос я оставил без внимания. — Есть три способа: телепортация, магия или обыкновенный автомобиль.

— А нельзя туда просто звякнуть? — встряла Минди.

Сандерс бросил на нее странный взгляд — не привык еще, видно, к хохмочкам перед лицом смерти.

— К сожалению, номер не значится в телефонной книге, — спокойно объяснил я.

— Вот черт! Придется, стало быть, нагрянуть без звонка... — Специалист по единоборствам все не унималась — шутила.

Ну-ну! Я повернулся к Раулю.

— Твое мнение?

— Телепортация невозможна из-за герметичности Бангора. — От его пальцев шел разноцветный дым.

Маг предпочел в своей речи старинное название. Что ж, его право...

— Джесс, а как вы с Конни? Беретесь переправить нас внутрь? — деловито продолжал я.

Моя половина скользнула взглядом по разношерстному войску.

— Только с применением МСД.

Сверхопасный, разрушающий мозг наркотик... на определенное время он тысячекратно увеличивает возможности телепата. Но какой ценой? Это все равно что пойти на самосожжение: человек впадает в маразм... а случается и что-нибудь еще похуже, к примеру мозговая смерть.

— Отставить! — как отрезал я. — Доберемся своим ходом. Тяжелую артиллерию прибережем для безвыходных ситуаций.

— То есть? — полюбопытствовала Конни.

— То есть, — пришел мне на помощь Джордж, — случилось далеко не все, что может случиться.

Конни побледнела, но не дрогнула. Молодчина!

Прихватив оружие, наша команда втиснулась в фургон. Мест на всех не хватило, так что некоторые остались стоять, ухватившись за свисающие с потолка кожаные петли. Эту идею я позаимствовал после того, как однажды в час пик возвращался домой на метро: очень удобно, когда на тебя напирают со всех сторон, а держаться-то за что-то надо... Времени в обрез — придется пустить за руль Джорджа: я уже упоминал, что для этого фана автомобильных гонок скорость света пока еще гипотеза, а не физический закон.

Миссис Каннингем одобрительно подняла большой палец и распахнула ставни. Ренолт моментально газанул, подпустив закиси азота, — и четырнадцать тонн «РВ» (собственность Бюро) вылетели прямо в окно. Приземлившись с жутким скрежетом на тщательно ухоженный газон, наш транспорт аккуратно содрал с него полоску дерна и помчался по тихонькой улочке. За нами с лязгом захлопнулись ставни. Объезжая воронку, образовавшуюся от страшного взрыва, Джордж лихо опрокинул тяжеленную машину на два боковых колеса и теперь уже по-настоящему дал газ. Ну, поехали — зигзагом — по бульвару Синг-Синг! Только в ушах свистит...

Конни ахнула: в поле ее зрения попал гигантский, высотой метров десять, ящер — ковыляет себе, лениво так, по среднему ряду на толстых задних лапах... Зверюга нас заметил, и громадные спинные плавники тотчас стали излучать пульсирующее зеленоватое свечение.

— Держитесь! — предупредил Джордж.

Машина с ревом, на еще большей скорости рванула вперед и чуть не врезалась в огромную рептилию. Те из нас, кто стоял, попадали на пол, а ящер взвился в небо. Из его разверстой пасти полыхнул огонь — на обочине загорелось дерево. Установленный на приборной доске счетчик Гейгера энергично защелкал.