– Вы же должны понять, – сказал директор, – я не буду звонить, – он указал пальцем куда-то вверх, – и просить разрешения кого-то поселить. Вам нужно, вы и договаривайтесь. Если у меня на шестом освободится место, один люкс дам. А больше ничего нет.

Марк полез было качать права, и Еропкину потребовалось приложить немалые усилия, чтобы его нейтрализовать. Через несколько минут удалось выяснить, что личный директорский резерв все-таки есть, и состоит он из четырех люксов. В одном из них, на шестом этаже, проживает некая персона, сосватанная коллегой директора – начальником Клязьминского пансионата в Подмосковье, эта персона должна сегодня съехать. А остальные три люкса могут понадобиться директору в любую минуту, и говорить здесь не о чем. В конце концов сошлись на том, что все приехавшие поселяются прямо сейчас; как только люкс на шестом освободится, директор его отдаст, а с остальными люксами Еропкин постарается разобраться позже. Впрочем, лицо у Еропкина при этом было скучное, и понятно было, что в успех он не очень-то и верит.

– Ты понимаешь, что все срывается? – тихо спросил Марк у Еропкина, когда они, чуть отстав от директора, выходили за ним в холл.

– Да все нормально, – пожал плечами Еропкин. – Подумаешь, люкс. Обычный двухместный номер, понима-аешь, только побольше, и шкаф с посудой стоит. И холодильник. Поселим твоих профессоров по одному в двухместные номера, они разницы и не заметят. Зачем им, понима-аешь, холодильники?

Выйдя в холл, Еропкин и Марк увидели, что Ленка дремлет в кресле, а Терьян и Сысоев таскают пачки книг из микроавтобуса и складывают их у стенки. Пока директор о чем-то говорил с регистраторшей, Марк подбежал к Виктору:

– Что, все получилось? Что-то очень быстро.

– Да ни хрена еще не получилось, – ответил Виктор, бросая пачку на пол и вытирая рукой лоб. – Ларри там воюет. А это то, что по линии "Академкниги" пришло. Нам бы надо все это куда-нибудь сложить, в надежное место, чтобы не растаскали. А то к обеду уже приедут проверять, как храним материальные ценности. Если что, Серега в жизни не отчитается. Тут книг на шесть тысяч. С директором поговорили? Нам же еще и место для киоска понадобится.

– А я тебя сейчас познакомлю, – сказал Марк и потянул Виктора к регистратуре. Но директор уже заметил необычную суету и сам шел к ним.

– Это что, материалы для вашей школы? – спросил он, с удивлением глядя на гору пачек.

– Да нет, – сказал Виктор. – Материалы еще должны подвести из Москвы. Это литература. Книжный киоск у нас будет.

– По специальности? – поинтересовался директор. В глазах его что-то блеснуло.

– Ну и по специальности, конечно, – сказал Марк, наступая Виктору на ногу. – То есть, эта партия лишь наполовину по специальности, к вечеру должны подвезти остальное. Между прочим, тут уже кое-что есть. – Он поднял с пола пачку, на которой было написано "Алиса в стране чудес" ("Алиса" вышла в "Памятниках" примерно за месяц до школы, и достать ее было совершенно невозможно).

– Хм, – сказал директор. – А нельзя посмотреть списочек, что вы там вообще ждете?

– Да о чем речь, Борис Иванович, конечно, можно. Только, если не возражаете, ближе к вечеру, когда совсем все доставят. Нам бы какое-нибудь помещение, чтобы сложить эти пачки. А вечером, когда остальное привезут, и список представим, и живьем можно будет посмотреть. Или уж завтра утром.

Директор оказался библиофилом. Ждать до утра ему определенно не хотелось. Он немедленно дал команду, и два здоровых мужика за десять минут перетащили все книги в одно из административных помещений. Ключ от него директор торжественно вручил Терьяну.

– Вот, распоряжайтесь. – И, повернувшись к Марку, сказал: – Я там у вас случайно Кэрролла присмотрел. Не продадите мне?

– О чем речь? – Марк гостеприимно развел руки, хотя все двадцать книг были поделены еще в Москве. Черт с ним, с одним экземпляром, в конце концов себе он еще достанет. – Сергей, открывай комнату.

Марк уже начал было распечатывать одну из пачек, как Еропкин, неотлучно следовавший за директором, отодвинув Марка в сторону, взял у него всю пачку и протянул директору:

– Борис Иванович, пожалуйста, это вам от оргкомитета. Примите в знак уважения.

– Да нет, ну что вы, – засмущался директор, – я же заплачу. – Достав из бумажника двадцать пять рублей, Борис Иванович протянул их Сергею: о том, что Терьян – казначей школы, уже было известно.

Когда Сергей попытался найти сдачу, директор остановил его:

– Я еще зайду. Вы там запомните, сколько чего, а потом разберемся.

Когда комнату с книгами заперли окончательно и все снова двинулись в холл, Еропкин на ходу принялся шепотом втолковывать Марку:

– Ты же видишь, дурья голова, что он запал на книги, а вам тут, понима-аешь, десять дней ошиваться. Отдал – и ладно. Тут еще проблем будет – невпроворот. А он поможет. Он же директор, все тут может решить.

В холле директор повернулся к Марку и спросил:

– Так все же, если честно, сколько вам нужно люксов?

Еще через час Марк, Сергей и Ленка, пообедав и выпив пива, купленного в пансионатском буфете, завалились спать. Ключи от трех люксов, дарованных директором, Марк оставил в регистратуре, предупредив о возможном приезде Платона. Виктор снова уехал в город. Еропкин куда-то пропал еще до обеда.