А.В.: Получается, что проблема тарифов — это вопрос большой политики неподвластной даже Президенту?

В.А.: Особенностью нашей страны является то обстоятельство, что тенденции изменения концептуально-значимых экономических параметров формируются по прежнему в системе надгосударственного управления. Противостоять этому, как выяснилось, невозможно даже с уровня Президентской власти. Ведь позиция Президента очевидна. Его приход в высшие эшелоны власти был ознаменован многократным снижением ставки рефинансирования, требованием о национализации ЦБ, категорическим несогласием с ростом тарифов, заявленным как самим Президентом, так и его помощником А. Илларионовым в многочисленных интервью. Тарифами же подрубаются и все меры Президента социального характера — повышение пенсий, пособий, доходов военнослужащих.

Организуемая вопреки воле Президента раскрутка тарифов, не случайно сопровождается рассуждениями о необходимости подготовки единого кандидата в Президенты от блока, именующего себя демократическим. Однако эти замыслы тщетны. Президент, сделавший выбор в пользу народа, может рассчитывать на его поддержку, даже если результаты этого выбора до поры блокируются из-за неполной готовности кадровой базы страны к воплощению курса Президента, реализуемого по умолчанию.

А.В.: Виктор Алексеевич, а как эти проблемы решаются в других странах?

В.А.: В США, к примеру, выстраивание пропорциональных отношений между сырьевиками и переработчиками осуществляются на уровне Конгресса. Только он имеет полномочия по пересмотру тарифов. Регулируется этот баланс и межпартийной борьбой. По факту в США есть всего две партии. Партия переработчиков (демократы) и партия сырьевиков (республиканцы). Думаю, что Концептуальная партия «Единение», которую я представляю, работая на концептуальном уровне, не оставит без внимания проблемы межотраслевого диспаритета.

В.А.: Если анализировать все коммунистические публикации, периода после 1991 года, то станет ясно, что их авторы до сих пор не поняли, как их бывшие руководители на основе марксизма-ленинизма довели СССР до краха и породили таких теоретиков, как Гайдар. Многие помнят широко тиражировавшиеся лозунги: «Учение Маркса всесильно, потому что оно верно». А между тем 1991 и последующие годы не только поставили под сомнение всесильность этого учения, но и обнажили неработоспособность методологии бездумных лозунговых прорывов, заканчивающихся известным: «Хотели, как лучше…». История не терпит сослагательных наклонений, мы получили ровно то, что было возможно в рамках господствовавшего учения, ибо обеспечение устойчивости, созданной на его базе системы, к любым воздействиям как внутренним, так и внешним, и является мерилом его практической полезности. Когда всё рушится, как карточный домик, то истоки краха следует искать не в отдельных ошибках, а в фундаменте. Лимит доверия к теории марксизма исчерпан. Это на его основе народ богатейшей во всех отношениях страны мира влачит постыдно жалкое существование. Настала пора простому русскому мужику, в отличие от “элиты”, поджидающей очередных лозунгов, самостоятельно разобраться в основах экономики и финансов, заменить веру фальшивым авторитетам собственным миропониманием — не Боги горшки обжигают!

Что любопытно, теория марксизма, порождённая системами надгосударственного управления, и по сию пору сохраняет свою неприкасаемость. Вы, наверное, заметили, что единые хозяева наших как левых, так и правых не допускают критику Маркса ни теми, ни другими.

А.В.: Виктор Алексеевич, Вы обосновываете несостоятельность марксизма итогами нашего развития на его базе. В этом есть своя логика. Но хотелось бы видеть и конкретные проявления этой несостоятельности в самой теории.

В.А.: Начнём с важнейшего звена — с политэкономии марксизма. Есть такая наука — метрология. Это наука об измерениях. Так вот марксизм — это метрологически несостоятельное учение. Он оперирует абстракциями, которые невозможно измерить на практике и связать с жизнью, с решением практически значимых задач. Если зайти на производство, то вам не удастся измерить объёмы «необходимого» и «прибавочного» продукта; ни одни часы вам не покажут, когда закончилось «необходимое» рабочее время и началось «прибавочное». Т.е., реальный бухгалтерский учёт и контроль за производством не могут вестись на базе марксистской политэкономии. Марксистская доктрина полностью обнажила свою несостоятельность уже к началу 1950-х годов, с той поры и возник усугубляющийся со временем кризис псевдо-коммунистического развития СССР. Жёсткое разоблачение марксизма, фактический приговор ему даны в 1952 году в работе И.В. Сталина «Экономические проблемы социализма в СССР». Это обстоятельство, по моему мнению, было решающим; именно в связи с этим работы Сталина были фактически, хотя и не юридически, запрещены, а он сам злодейски убит. Вслушайтесь в текст работы И.В. Сталина:

«Я думаю, что необходимо откинуть понятия, взятые из „Капитала“ Маркса. Я имею в виду, между прочим, такие понятия, как „необходимый“ и прибавочный продукт, „необходимое“ и „прибавочное“ время… Я думаю, что наши экономисты должны покончить с этим несоответствием между старыми понятиями и новым положением вещей. Мы могли терпеть это несоответствие до известного времени, но теперь пришло время, когда мы должны, наконец, ликвидировать это несоответствие».

Это заявление чрезвычайной методологической значимости. Мы уже упоминали в предыдущих программах, что терминологический аппарат — это основа основ в управлении.

А.В.: А что Вы можете сказать по упущениям философии марксизма?

В.А.: Первый результат, которого добился марксизм, сводится к тому, что при простом упоминании этой темы любому нормальному человеку становится скучно и у него пропадает интерес к собеседнику. Очевидная бесполезность философии марксизма в жизненной практике проистекает из изначально ошибочной постановки основного вопроса философии, как вопроса о соотношении сознания и бытия. Что первично? Способно ли сознание правильно отразить мир? Первый вопрос лежит вне сферы доказательств средствами логики. Сознание, идея, информация и материя — это две стороны одного явления. Не бывает абстрактной материи без конкретных информационных характеристик, как не бывает информации без материального носителя. Об этом же, кстати, свидетельствует и многовековой бессмысленный и беспредметный спор школ материалистов и идеалистов. Их включили в стандартную библейскую алгоритмику: «Разделяй и властвуй». Кроме того, даже если бы что-то было первичным — от этого ничего не изменится на практике.