– Признались?

– Да, шеф, - сказал тот что был в вязанной шапочке.

– Что скажешь, Косматый? Говорил я тебе, не лезь в эти игры..., обращается прибывший, к одному из лежащих.

А того видено здорово избили. При свете фонаря видно, что все лицо в крови, но он поднял голову и так четко говорит.

– Сдохнешь ты, Арсен, не от...
– тут какая то машина промчалась по дороге и не дослушал я фразы.

Тогда этот крепкий гражданин вырвал палочку у своего..., кто он там приятель, друг, ну в общем, который хромал и прямо пригвоздил лежащего через глаз концом палки.

В зале зашевелились опять, судья делает вид, что не замечает.

– Что было потом?
– спрашивает прокурорша.

– Палочку он об одежду лежащего протер потом хромому вернул, а затем говорит, тем, что курят.

– Добейте этого, - и пальцем тычет на другого.

В шапочке парень подошел и два раза ножом лежащего ударил по горлу.

– Вы видите в этом зале, тех кто убивал?
– задает вопрос Жанна Дмитриевна.

– Да, вот тот за барьером, палкой пробил глаз, а его друг, по моему здесь.
– я оглядываюсь, - ну да, вот он, в третьем ряду, с палочкой.

В зале твориться черт знает что. Судья советуется со своими коллегами. Тот что с палочкой, кричит и вопит, что его там не было. Наконец судья добивается тишины.

– Прокурор продолжайте допрос.

– Что было дальше?

– Сели опять эти двое граждан в джип и задом поехали на дорогу. а эти парни подняли трупы и понесли к дому. Под окном, где я сидел, находятся мусорные баки. Здесь мне было не видно, как они трупы заталкивали в них. Зато потом они сразу сели в свой фургон и уехали...

– У вас свет был включен?

– В комнате нет. В прихожей и в кухне горел. Клава так и не выключила свет там.

– Вы с Клавой потом встречались?

– Да, на следующий день, вечером, мы опять встретились, я пытался помирится.

– Она вас простила?

– Да. Я ей тогда все рассказал, что видел.

– Как же она отреагировала?

– Она ответила, что у нее уже была милиция. Кто то нашел в бачках трупы. Но мне посоветовала лучше в это дело не встревать.

– Когда вы ушли из квартиры?

– Да где то часов в семь утра.

– А когда у Клавы была милиция?

– Где то поздно... Она с работы пришла, думаю часов в шесть вечера.

– Значит Клава вам посоветовала не встревать. Что же дальше? Куда исчезла Клава?

– Это я сам не знаю. Вышло так. Клава говорит: "Андрей, может тебе смыться куда-нибудь?" Я не согласился, у меня как раз с работой здесь наклевывалось. Она тогда говорит: "Ладно, я поговорю здесь с одним знакомым юристом..." На следующий день ушла на работу и... не вернулась. Вот уже полтора месяца прошло, ее так и нет.

– Вы заявляли куда-нибудь о ее исчезновении?

– Конечно. В 12 отделении милиции лежат мои два заявления...

– Как милиция отреагировала на них?

– Ищем, сказали.

Жанна Дмитриевна обращается к судье.

– Уважаемый суд нельзя ли приобщить палку вон того человека к делу, она показывает на хромого в зале.

Но тут не выдержал я.

– У него в тот раз была не такая палка. Та была блестящая, из металла, а эта из дерева.

В зале гул.

– Вы кончили?
– спрашивает судья прокуроршу.

– Почти что да. У меня последняя просьба, об изъятии вещественного доказательства, палки, которой убили человека...

– Я приму это к сведению. Если у защиты, какие-нибудь вопросы?

Встает седой мужик, что рядом с Каюровым и говорит.

– В связи с появившимися новыми данными, не внесенными в настоящее дело, защита просит отсрочки на одни сутки.

Судья опять советуется со своими соседями. Потом кивает головой.

– Принято, дело откладывается на завтра.

Но тут подпрыгивает Жанна Дмитриевна.

– В связи с изменением хода дела, я хочу, чтобы свидетелю была выделена охрана.

Защитник Каюрова прерывает прокуроршу.

– Я тоже заинтересован в свидетеле и прошу уважаемый суд, не тратить сил и государственных средств на охрану свидетеля. Не лучше ли его временно изолировать в каком либо КПЗ.

– Но я же свидетель, а не осужденный, - возмутился я.

– Все для вашего же блага, я прошу суд удовлетворить мою просьбу. Тем более законодательством кратковременно разрешена задержка граждан для выяснения обстоятельств...