Выяснилось, что Юля Князева живет в Москве, Олег Дронов — «этот интересный молодой человек, что пил слишком много водки, взялся за ум и работает в банке!»

— тоже. Тетя Роза знала даже телефон Юли…

«Сама она, как ты помнишь, девочка скромная, но ее родной дядя — натуральный налетчик, и, хотя каждый живет на те деньги, какие имеет, будь повнимательнее, дитя мое…»

…Москвой Лека была очарована.

Адрес Юли Князевой узнала довольно быстро, но идти не торопилась. Уехала в центр, долго гуляла по бесчисленным переулкам, посидела на Патриарших… Пора.

Девушку лейтенант Зайцев едва не пропустил. Вернее — пропустил. Увидел уже, когда зажегся свет и Юля задергивала шторы, что в квартире она — не одна.

Включил аппаратуру прослушивания.

И — задумался. Крепко задумался.

Лека засыпала с предощущением чего-то доброго. Правда, в голове все настойчивее крутилась фраза из какой-то песенки… Первая строчка… И Лека никак не могла вспомнить, как дальше…

Она засыпала, а строчка крутилась, крутилась, словно заезженная старая пластинка…

Ходит птичка весело…Ходит птичка весело… Весело…

С этой бодрой считалочкой заруливаю в комнату Али. Естественно, предварительно постучав.

— Ну как с хлебом? Принес?

— С хлебом — хорошо, без хлеба плохо.

— Ой… У тебя куртка в крови…

— С мясом возился. Аля, у меня к тебе вопрос…

— Задавай.

— Ты с кем-нибудь общалась из своих прежних знакомых с той поры, как живешь у меня?..

— Вообще-то… Один раз звонила по телефону.

— Кому?

— Ну… одному шировому. Витьку.

— Зачем?

— Да просто поболтать. Нужно же с кем-то общаться…

— О чем болталось?

— Да так, ни о чем. Просто сказала, что живу у одного хорошего человека…

— И адресочек оставила?

— Да что я, дура, что ли?

— Лисенок… Этот Витек тебя сдал…

— Витек? Да я же говорила, он безобидный, как рыба.

— С голубой кровью… Чудо-юдо рыба скат…

— Погоди… Как это — сдал? Это тогда?

— Это теперь. Ребятки подходили. По твою душу. Девочка побледнела:

— Сегодня? К тебе?

— Ага.

— И — что?

— Ушли. Вернее — уехали.

— Но я же не говорила, у кого я, честно.

— Верю. Но местонахождение любой персоны можно узнать в справочной службе по номеру телефона.

— Да? Но я и номер не называла…

— Телефоны с определителем — нынче не роскошь а средство выживания…

Особливо у наркош, даже таких тихонь, как эти Шура и Витя…

— А кто подходил?

— Бычата. И в племенные им не выбиться при таких куцых мозгах.

— Олег… Наверное, они теперь не отвяжутся.

— Уже отвязались…

— Ты их не знаешь.

— Этих — нет. Да и знать не хочу.

— Чего они хотели?

— Позаботиться о моей добродетели.

— В смысле…

— В смысле — продать тебя мне.

— Продать?..

— Ага.

— А ты что? — Девочка смотрит на меня, широко раскрыв глаза, и, кажется, не видит.

— Эти ребятки классику не знают…

— Чего?

— Продаются только мертвые души. Живые — нет.

— А я — живая?

— Да. Только замерзла сильно.

— Я отогреюсь, правда?

— Правда.

…Сижу перед мерцающим экраном компьютера, и голове — ни одной мысли.

Только их составляющие: обрывки слов, понятий, символов… И вместо пустых и никчемных умствований хочется погрузиться в сиреневый мир Врубеля, плавать во влажно-мерцающем тумане Эдгара Дега или попросту заблудиться в красных виноградниках Винсента Ван-Гога…

— Не спишь?

— Сплю. И даже сны вижу.

— Не помешаю раздумьям?..

— Красивая девочка не может помешать ничему.

— Прекрати называть меня девочкой. Я давно взрослая.

— Все мы в чем-то дети…

— Да?

— Вот тянет меня сейчас искупаться в заливе Ла-Плата…

— Это где?

— Да разве это важно? Название красивое. «А что везете капитаны, издалека-далека, а везете вы бананы и ковровые шелка, виноградное варенье, анашу и барбарис разноцветные каменья, апельсины и маис…» — Экзотика.