Шрифт:
Хэттон тут же вскочил с места.
– Ваша честь, Джонс позднее признался в растрате!
– Что никак не влияет на первоначальное решение, - тут же парировал Ваннинг.
– Закон не имеет обратной силы. Вердикт не был изменен.
– Прошу защиту продолжать.
И защита продолжала, возводя сложное здание казуистической логики.
Хэттон выходил из себя.
– Ваша честь, я!..
– Если мой почтенный оппонент представит суду хотя бы одну облигацию - всего одну из вышеупомянутых - я сдамся.
Председатель иронически улыбнулся.
– Действительно, если такое доказательство будет представлено, обвиняемый окажется в тюрьме сразу же после оглашения приговора. Вам это хорошо известно, мистер Ваннинг. Пожалуйста, продолжайте.
– Охотно. Итак, согласно моей версии, эти облигации никогда не существовали. Это просто результат ошибки при счете.
– Но ведь подсчет выполняли на калькуляторе Педерсона?
– Такие ошибки случаются, и сейчас я это докажу. Пригласите моего следующего свидетеля...
Свидетель, специалист по вычислительной технике, объяснил, как может ошибаться калькулятор Педерсона, и привел примеры. На одном Хэттон его поймал.
– Протестую, ваша честь. В Родезии, как всем известно, локализованы объекты экспериментального характера. Свидетель не уточнил, о какой именно продукции идет речь. Не потому ли, что Объединенные Предприятия Гендерсона занимаются главным образом радиоактивными рудами?
– Свидетель, вам задан вопрос.
– Я не могу на него ответить. В моих документах нет такой информации.
– Довольно красноречивый пробел!
– рявкнул Хэттон. Радиоактивность выводит из строя хрупкий механизм калькулятора Педерсона. Но в конторах фирмы "Дуган и сыновья" нет ни радиоактивных элементов, ни продуктов их распада.
Встал Ваннинг.
– Я хотел бы спросить, окуривались ли в последнее время эти конторы?
– Да. Этого требует закон.
– Использовался определенный тип соединения хлора?
– Да.
– Прошу пригласить моего следующего свидетеля.
Свидетель, физик и одновременно работник Ультрарадиевого Института, объяснил, что гамма-лучи сильно воздействуют на хлор, вызывая ионизацию. Живые организмы могут ассимилировать продукты распада радия и передавать их дальше. Некоторые клиенты фирмы "Дуган и сыновья" подвергались воздействию радиоактивности...
– Это смешно, ваша честь! Спекуляция чистейшей воды...
Ваннинг изобразил обиду.
– Хочу напомнить дело Дэнджерфилда против "Астро Продактс", Калифорния, тысяча девятьсот шестьдесят третий год. Все сомнения трактуются в пользу обвиняемого. Я настаиваю, что калькулятор Педерсона, которым считали облигации, мог быть неисправен. Если так оно и было на самом деле, следовательно, облигации не существовали, и мой клиент невиновен.
– Пожалуйста, продолжайте, - сказал судья, жалея, что он не Джеффрис и не может послать всю эту чертову банду на эшафот.
Юриспруденция должна опираться на факты, это вам не трехмерные шахматы. Впрочем, это неизбежное следствие политических и экономических сложностей современной цивилизации. Вскоре стало понятно, что Ваннинг выиграет дело.
Он его и выиграл. Присяжные были вынуждены признать правоту ответчика. Под конец отчаявшийся Хэттон выступил с предложением использовать скополамин, но это предложение было отклонено. Ваннинг подмигнул своему оппоненту и с шумом захлопнул папку.
Он вернулся в контору, а в половине пятого начались неприятности. Едва секретарша успела сообщить о некоем мистере Макилсоне, как ее отпихнул худощавый мужчина средних лет, тащивший замшевый чемодан гигантских размеров.
– Ваннинг, мне позарез нужно с тобой поговорить!..
Адвокат нахмурился, встал из-за стола и кивком отослал секретаршу. Когда дверь за ней закрылась, он бесцеремонно спросил:
– Что ты здесь делаешь? Я же сказал, чтобы ты держался от меня подальше. Что у тебя в чемодане?
– Облигации, - неуверенно объяснил Макилсон.
– Что-то не получилось...
– Идиот! Приволочь сюда облигации!..
– Одним прыжком Ваннинг оказался у двери и старательно запер ее на ключ. Как только Хэттон наложит на них лапу, ты вмиг окажешься за решеткой! А меня лишат диплома! Убирайся немедленно!
– Ты сначала выслушай, ладно? Я пошел с этими облигациями в Финансовое Объединение, как ты и сказал, но... но там меня уже поджидал фараон. К счастью, я вовремя его засек. Если бы он меня поймал...
Ваннинг глубоко вздохнул.
– Я же велел тебе оставить облигации на два месяца в тайнике на станции подземки...
Макилсон вытащил из кармана бюллетень.
– Правительство начало замораживать рудные акции и облигации. В одну неделю все будет кончено. Я не мог ждать деньги оказались бы заморожены до второго пришествия.