И Гарик поехал по очередному вызову.

То, что он увидел на даче бывшего партаппаратчика, который явно сгоряча пригласил к своему племяннику экзорциста, не поддавалось никакому описанию...

********************************************************************

Виктор Николаевич Рушинский выигрывал гейм. Казалось, компьютерная "бродилка" целиком и полностью захватывала его.

– Заходи, Андрей, мы уже ждем!
– сказал Константин Геннадьевич заглянувшему в кабинет молодому человеку.

Тот кивнул и неторопливо вошел. Рушинский поздоровался наскоро, через плечо, не отрывая глаз от монитора - Андрейка мал еще, чтобы выделять его излишними знаками уважения. Саблинов же, Станислав Антонович, поднялся с кресла и протянул ему руку, как равному.

– Прилетел, сынуля вечно занятой?
– Константин похлопал парня по плечу.

На молодом человеке был расстегнутый черный плащ, шикарный английский костюм и сияющие туфли, словно только из магазина. В руке он держал небольшой темный кейс. Стоя рядом, Константин Геннадьевич и Андрей были очень похожи - и ростом, и фигурами, и выражением лица, и глазами, только сын был брюнетом, а волосы отца давно поседели. Кроме того, на шее у Константина было что-то вроде гипсового воротника, и головой он вертел не слишком проворно.

– Так что за тайны Мадридского двора?
– не смущаясь тем, что Станислав Антонович, потирая раздвоенный подбородок, пристально его разглядывает, спокойно спросил Андрей.
– И что у тебя с шеей?

– Ну, да, - наконец сообщил Саблинов.
– Что-то есть... Отдаленное сходство, так сказать, наблюдается. И не более того.

Секретарша Рушинского принесла для всех кофе и украдкой покосилась на нового персонажа.

Андрей не понял, о чем говорит Саблинов, и взглянул на отца. Тот всем корпусом кивнул, дескать, сейчас все объясню по порядку, не спеши.

Рушинский издал досадующий возглас: противник обвел его вокруг пальца и выпутался из безвыходной ситуации. Суть этой дурацкой игры заключалась в том, что в ней было два главных героя - один олицетворял в данном случае Рушинского, второй его антипод, жуткий пакостник и вообще сволочь еще та. Антипод бегал по коридорам "бродилки", собирая по пути куски мозаики и мимоходом "гася" воинов главного героя (у самого "пакостника" в запасе было ровно 9 жизней, которые он медленно утрачивал в процессе борьбы со всемогущим Виктором Николаевичем). Из мозаики в потайном месте он должен был сложить изображение какого-то птеродактиля, а Рушинскому нужно было помешать ему это сделать. Лучше всего, конечно, обнаружить "лежбище" антипода, чтобы разбить уже собранное, но это почти невозможно, а вот подловить где-нибудь в переходе бесчисленных коридоров вполне реально: на данный момент в распоряжении пакостника оставалось всего три жизни и очень мало оружия. И вот, когда Рушинский уже почти отсек ему голову, "пакостник" растворился в ответвлении потайного хода.

– Витюх, от твоей игрушки в затылке ноет!
– бросил Станислав Антонович.
– Хоть звук выруби!

– Вот сучара!
– сказал Рушинский и выпустил пару огненных зарядов в черноту коридора.
– Чтоб ты там задохся, уродец!... А по-моему, Стас, Андрейка очень даже похож на этого типа с фотографии... На мой взгляд - вылитый...

– Вылитый-вылитый!
– поддержал его Константин Геннадьевич.
– Когда мне прилетело в Новгороде дверью по затылку, я чуть не спросил: "Какого хрена, Андрюха, ты делаешь?!"

Саблинов снова взял со стола фотографию. Андрей успел разглядеть изображение: со снимка спокойно глядел парень приблизительно его возраста, волосы у него были светлее, чем у Андрея, глаза - тоже, нос более правильной формы, точеный, лоб поуже, но в общем и целом сильное сходство было бесспорным. Старики что-то задумали, не иначе... Андрея они гоняют только по делам особой важности.

– Честно говоря, я все-таки не вижу в этом особой необходимости, - снова выходя на след "пакостника", признался Рушинский.
– Интересно, где эта сволочь прячет фреску?.. Единственный интересующий меня пунктик - то, что на них вышел Котов. Есть вероятность, что для подстраховки они успели спрятать "дипломат" у кого-то третьего...

– Все это отдает каким-то дурацким вестерном, - Станислав Антонович снова сел за стол.
– Этот - брюнет, тот - шатен, у этого глаза больно темные, у того даже на фото видно - серые... И вообще... ну, не знаю, сколько надо выпить, чтобы их перепутать... Да, а голос... Конечно, я того не слышал, но у двух чужих друг другу людей в любом случае не может быть слишком много сходства...

– Голос - ерунда. Меньше всего внимания обращают на голос, - небрежно высказался Рушинский.

– Только не эта рыжая пигалица!
– Саблинов передал Андрею еще одну фотографию.

Молодой человек увидел миловидную девчонку лет восемнадцати - от силы двадцати, рыжую, с конопушками. Ничего особенного. Не в его вкусе. И, похоже, дура продувная: глаза наивные-наивные, как будто только вчера на свет родилась. Он отбросил карточку и зевнул. Ему становилось скучно без конкретной информации: чего им от него нужно? Флегматичный по темпераменту, Андрей никогда излишне не загорался идеями, тем более, чужими. Все, что бы ни задумывалось им, было вначале обточено им в уме подобно тому, как обтачивает море прибрежные камни. Если слабый огонек его интереса к делу ничем не подпитывался, то Андрей гасил его окончательно и переключался на другие занятия, недостатка в которых не было.