Испить винца. Отведать жирной утки.

Затеплить несгоревшую свечу мечтаний наших... Отвечай скорее.

Боюсь молчанья с некоторых пор.

Все тянет в рифму подписать: кореец. ан как на грех коверкаю: Виктор.

13.04.74

Осталась на губах пыльца волшебного цветка Надежды...

Как странно!
– я не ведал прежде подобной чуткости лица.

То явь была иль сон случайный?

Прикосновеньем потрясен, я убеждал себя вначале, что это был, конечно, сон.

Но тотчас вспомнил предсказанье, ту карточную ворожбу, атеистическим сознаньем испытывая к ней вражду.

Сбылось!
– зачем я заставлял раскидывать по кругу карты?

Передо мной разверзся кратер, и я на облаке стоял.

И птицы свили хоровод, и миг столетьем обернулся, и съежился в минуту год, и невредимым я проснулся.

Сбежал с воздушного крыльца, на службу зашагал прилежно...

Печального цветка Надежды легко стирается пыльца.

21.04.74

Ты в городе, сосцами башен вскормившем каменных волчат.

Его звериный облик страшен: здесь много ходят и молчат.

Здесь свет неоновой рекламы мертвящим падает дождем; и ни одной Прекрасной Дамы здесь не отыщешь днем с огнем.

А ночью, в каменные норы загнав усталые тела, смердят священники и воры, благие выполнив дела.

И тень великого поэта, качнув кудрявой головой, напомнит лишний раз, что спета их песнь, что жизнь лишь сон пустой.

25.04.74

ИСПОРЧЕННЫЙ СОНЕТ

Не писал стихов сто лет.

Закрутила бытовщина.

Я ж глава семьи, мужчина; даром, что к тому ж поэт.

Пустяки слепить сонет.

Только что за чертовщина, лезет в рифму матерщина, золотого слова нет.

Много ль проку на бумаге без конца царапать знаки?

Их прочтет ли кто-нибудь?

Лишь завмаги нынче маги.

Саго поважнее саги.

В век ракет на колымаге хлопотен и долог путь.

17.06.74

Каждой фразе предшествует мысль, колыхнувшая стенки сосудов; и не может наш бедный рассудок предсказать неожиданный смысл нашей речи... Затем ли, что ей, неразомкнуто слившейся с духом, тяжко с телом, безгласным придурком, и тошнее - совсем без костей...

Каждой фразе предпослана тень наших славных и грешных деяний; и, наверно, из всех одеяний это самая верная сень.

Да святится союз и союз!

Фраз и личности. Слова и дела.

Нет ни звездному свету предела, ни бессонному шепоту муз!

8-14.07.74

Н.О.

Поздней ночью - к Ларисе! К Ларисе!
– по размытому мартом снежку...

В слюдяном разварившемся рисе поскользнуться легко сапожку.

Поздней ночью по улице гулкой, где лишь ветер плечист и речист, страстотерпица тащит придурка, он прилип, как березовый лист.

Поздней ночью - как вымерли - в доме, только лифта гуляет кадык.

Сей летающий гроб похоронит - на минуту - последних живых.

Поздней ночью пришедших с игрою, разрушителей дивного сна.

Но Лариса простит и откроет, и плеснет на дорожку вина.

Поздней ночью, метро разрывая ледяное пространство тоски, два бездельника, два попугая тщатся мыслей слепить черепки.

Поздней ночью все души в полоску, их несходство наветов страшней.

И в Филях ты поправишь прическу, в Лихоборах я сброшу кашне...

На рассвете едва ли поверю в снежный обморок, в лунный вояж...

Неужели две сонных тетери поднимались на пятый этаж поздней ночью - к Ларисе, к Ларисе...

И в стандартные двери стуча каждый был друг от друга зависим, негодуя, смеясь и ворча.

И тяжелого неба десница вместе с шуйцей широкой земли не давали в темнице тесниться и к бессмертному свету влекли.

10.04.
– 24.07.74

ИГРА "ПОЙМАЙ РЫБУ"

А.Ш.

Картонный аквариум полон воды и рыб в фантастических латах; и радость ребенка за эти труды совсем не ничтожная плата.

Махая подковкой - магнитным крючком, тащи за губищу Удачу; но что же по сердцу елозит смычком и душу терзает в придачу?!

Наверное, это азарта резьба, а, может, предчувствие фальши: бумажная долго ль протянет губа, а дальше, а дальше, а дальше?!

Не ты проиграла, не я обогнал в наиневозможном улове; и долго картонкой ребенок играл, и Море шумело в обнове.

Как веруют дети в удачу свою!

Но с удочкой сросся и ты бы, не зная, что завтра сметут чешую бумажной диковинной рыбы.