Путешествие по дому заканчивалось. Они обошли весь коттедж и никого не встретили. Правда, нежилым он не казался, а одна из секций наверняка принадлежала женщине - Марио приметил косметический столик со свежими следами пудры... Спустившись на первый этаж, они прошли в левое крыло, к самой последней двери. Полковник опередил Марио, первым вошел в просторную комнату, обставленную под кабинет.

– Вот вы и у себя, - с облегчением сказал он. Видимо, разговор с Марио стоил ему немалых сил.
– Там спальня, остальное найдете сами. Словом, это ваши апартаменты, если не возражаете. Вход через крыльцо, вы уже знаете. Есть еще один. Обживайте, я вас пока оставлю.

– Минутку, полковник Филдинг.
– Марио остановил его в дверях.
– Вы ничего больше не скажете?

– У нас еще будет время поговорить. А что вас интересует?

– Прежде всего - работа. Что я буду делать?

– Делать?
– переспросил Полковник.
– Откровенно говоря, не знаю. Но вам скажут, не беспокойтесь.

... за ужином по столам пошел слух, что кого-то забирают. Якобы в полдень, когда приютская братия бесилась на спортплощадке, приезжали двое, были у попечителя, обо всем договорились, осталось только оформить бумаги... Девяносто семь стриженых голов склонились над тарелками. Кого из них? Время от времени в приют наезжали неведомые дяди и тети, шли с попечителем в канцелярию и там, закрывшись, делали что-то такое, после чего освобождалась одна из кроватей, а спавший на ней воспитанник исчезал навсегда, забыв на радостях попрощаться с товарищами. В такие дни Марио, напрягая воображение, пытался представить, что там происходит - за тяжелой .дверью канцелярии, и как так получается: вот они бегают, гоняют мяч, дают друг другу подзатыльники, и вдруг один оказывается не такой, как все, его уже выбрали, только он ничего еще не знает... Рисовалась огромная во всю комнату рулетка, стремительно вращающиеся цветные кольца и крохотный блестящий шарик - он беспорядочно скачет, будто ищет, куда ему спрятаться от жалящих жадных глаз... У Марио похолодело в животе - там спрятался блестящий шарик. Он почувствовал это еще днем, когда Рой отозвал его с площадки и повел к беседке, а потом, так и не сказав, что ему нужно, отпустил иди играй. Беседка стояла перед канцелярией, как раз напротив окон... После ужина, задержавшись, он подкараулил Роя в пустом коридоре. "Это правда, что приезжали выбирать сына?" Воспитатель тольжо улыбнулся. "Кто они?" - задохнувшись, спросил Марио. "Я их не видел.
– Рой провел рукой по его стриженой голове.
– Потерпи, скоро узнаешь"...

Где-то и сейчас застрял шарик судьбы, но Марио, сколько ни вслушивался в себя, не ощущал его холодящего присутствия. Одна настороженность и подозрительность.

Оставшись один, он с пристрастием осмотрел "свои апартаменты". Не зная еще, какие у него на них права и как долго он пробудет здесь, тем не менее пошел с ревизией и начал прежде всего с рабочей комнаты. Ее благопристойный вид и даже претензия на уют домашнего кабинета внушали недоверие. Не такая он важная персона, чтобы иметь кабинет, и если кому-то захотелось, чтобы он находился именно в этой комнате, то это неспроста. Наверняка она нашпигована всякими "глазами" и "ушами", и сейчас кто-то, может, тот же Филдинг, уже наблюдает за ним, усевшись у телеэкрана. Вот вам!
– Марио мысленно манипулировал пальцами. С ним эти штучки не пройдут. В "Телесервисе" он кое-чему научился.

Первый осмотр ничего не дал, тогда он пошел по второму кругу, ощупывая и простукивая стены, мебель, оконные рамы. Где-то должен быть кондиционер, в помещение проникала струя прохлады. Присмотревшись, Марио увидел под потолком едва заметную полоску фильтра. Пришлось двигать тяжелый стол, громоздить на него стул, чтобы достать и отвести пластиковую крышку.

– Что вы там прячете?

Он чудом удержал равновесие. В дверях, насмешливо улыбаясь, стояла женщина в голубом халате и туго обхватывающей голову шапочке. По виду ее можно было принять за лаборантку или медсестру. Должно быть, она уже порядком находилась в комнате и наблюдала за его действиями.

– Не прячу, ищу, - в тон ей ответил он.
– Не подскажете, где искать? Вы избавите меня от лишних хлопот.

Женщина прошла на середину комнаты. Дверь осталась открытой.

– Не трудитесь. У нас кто ищет, тот рискует потерять. Пожалейте мебель.

– Вы пришли, чтобы сказать мне это?

– Пришла посмотреть на Марио Герреро. Говорят... объявился у нас такой.

– И как я вам?
– Марио спрыгнул со стула, стал разбирать свое сооружение.

– Для кинопробы, возможно, годитесь. Но я не режиссер. Биолог, Сьюзен Маккали, если вас интересует.

– И на том спасибо. Вы первая, кто сразу назвал себя. Или здесь не принято представляться?

– Как вам сказать... В каждом доме свои порядки. Мы все больше значим по обязанностям, чем по именам, так что не удивляйтесь, потом привыкнете. Полковника вы уже знаете. Если услышите "Кормилица" - это я.

– По части, значит, питания?

Сьюзен засмеялась.

– Приблизительно так.

– Боюсь, мне трудно будет называть вас Кормилицей. Слово какое-то...

– Нормальное слово, - перебила она и подошла ктелефону. Приглашу коллег, если не возражаете.
– И в трубку: - Приходите, я у него.

"Коллеги" были, видимо, где-то поблизости. Через две-три минуты вошли двое, в таких же голубых халатах и шапочках, что и Сьюзен.

Поначалу, пока они стояли рядом, Марио показалось, что перед ним если не близнецы, то по крайней мере родные братья. Одного роста, примерно одних лет, одинаково сложены и уж совсем схожие лица. Но стоило им разойтись - и сходства как не бывало. Тот, что справа (Жан Трене - представила его Сьюзен), шагнул порывисто, стремительно, будто взял спринтерский старт. Не в пример ему Эгон Хаген (его тоже назвала Сьюзен) переместился, даже не поколебав воздуха, - мягким женским шагом; он, казалось, плыл, а не ходил. Присмотревшись, Марио найдет в них потом больше различий, чем схожего, и все же первое впечатление останется: два сапога - пара.

Голубые халаты обошли его с двух сторон, словно так им удобнее было рассматривать - одному справа, другому слева. Откровенно, не заботясь о приличиях, они глазели на него, как на морское чудо, случайно попавшее в их сети.

– Что ж, ему видней, - пробормотал непонятное Трене и с тем направился к двери.

– Извините, дела, - поплыл за ним Хаген.

Знакомство, видимо, закончилось. Марио мрачно посмотрел им вслед.

– Вы чем-то недовольны?
– невинно спросила Сьюзен.