– Это я, Минг. Если ты поранишь меня, то загубишь все на свете! Осторожнее!

Обвив талию своего повелителя хоботом, слониха подняла голову.

– Молодец, моя крошка. А теперь уйдем отсюда, и чем скорее, тем лучше!

Минг развернулась к главному люку. Две обезумевших слонихи двинулись в ее сторону.

– Давай, милая. Подними меня поближе к этой чертовой кнопке.

Минг остановилась перед мощной дверью главного люка. От сильного удара о землю та выгнулась, и открыть ее можно было, разве что одновременно выбив все болты.

– Потихоньку, милая. Пододвинь меня поближе.

Слониха пододвинула дрессировщика вправо. Здоровяк подался вперед и снял крышку с аварийного крана. Он потянул вниз красную ручку, но уже в следующее мгновение снова потерял сознание - как раз в тот момент, когда двести болтов вылетели из своих гнезд, а на Минг набросилась одна из разъяренных слоних.

Здоровяк вновь открыл глаза оттого, что все тело его сотрясалось - это Минг мчалась вперед по высоким травяным зарослям незнакомой планеты. Сзади раздавались чьи-то голоса, но Минг на них не обращала внимания.

– Минг! Минг!

Слониха перешла на рысь, а затем двинулась шагом.

– Полегче, милая. А теперь отпусти меня.

Огромное животное вздрогнуло, опустило голову и положило Здоровяка в траву. Затем подняла голову и застыла на месте, пофыркивая и похлопывая ушами.

– Умница. Молодчина. Ты у меня молодчина.

И снова голоса. На этот раз ближе и громче. Топот человеческих ног. Кто-то бежит в высокой траве. Здоровяк открыл глаза и посмотрел на ясное голубое небо. Погода как раз для открытия сезона. Черт, денек выдался просто на славу. Затем над ним появилось лицо Паки Дерна - погонщик пытался удостовериться, жив ли дрессировщик слонов. Здоровяк ощутил, как ему что-то положили под голову, кто-то сжимал ему левую ногу. Еще чьи-то руки, чьи-то лица... Вако-Вако, Дот Пот, Муллиган, Рыжий Пони, Молл...

На лице Паки появилась улыбка.

– Ну, Здоровяк, чего ты там натворил?

– Немножко того, немножко этого. Здоровяк почувствовал, как ему в руку впилась острая игла. Паки кивнул:

– Похоже, ты неплохо повеселился.

– Сам знаешь, Паки, что в таких случаях говорят. Когда работаешь в цирке, вся твоя жизнь - нескончаемое веселье.

* * *

Голубое небо вдруг сделалось черным. Лицо Паки расплылось и померкло, а резкая боль сменилась убаюкивающим покачиванием, похожим на морской прибой.

Он смутно ощутил чье-то прикосновение, услышал невнятные голоса и даже узнал один из них, исполнявший песню "Слоновий детский сад". Пела Ким. Молодец девчонка. Шаттл разбился, где мы сейчас - одному Богу известно, теперь нас вовек никому не найти. Неизвестно, добудем ли мы хоть какую-нибудь еду. Главное - не терять присутствия духа. Но ведь кое-что осталось. Я все еще здесь...

А жизнь? Такая же, что и всегда - жизнь с цирком, нескончаемое веселье...

Эй, почтеннейшая публика!

Заходите к нам полюбоваться на диковинных животных с планеты Земля. Взгляните на наших удивительных серых гигантов!

– Вот я и говорю, кто вы там, сэр или мадам, серых гигантов.

– Правильно, их так и зовут, сынок.

Всего за четвертак, за двадцать пять процентов полной денежки-бумажки любуйтесь ими, насколько хватит ваших глаз, сенсорных отростков или чем там вас наградил Господь Бог.

– Кыш, парень, не путайся под ногами.

– А вы, ребята, глядите!

Глава 2

Вако-Вако, заклинатель змей, отвел взгляд от тела Здоровяка Вилли. Цирковой ветеринар Мейндж Рейнджер уже спешил осмотреть его и выдать заключение о смерти. Вако же направился к шаттлу и начал карабкаться вверх по лестнице, ведущей к аварийному люку. Тем временем погонщики, кто приманками, кто угрозами, пытались заставить слонов выйти наружу. Оказавшись внутри шаттла, Вако зашагал к своему отсеку. Он слышал, как главная карусель, скрипнув, сделала очередной оборот, и с главным выходом поравнялся коридор слоновника.

Войдя к себе в отсек, Вако сел на сундук. В помещении все еще явственно ощущался запах гари и дыма. Вако взял в руки серую картонную коробку. Поставил ее себе на колени, открыл крышку и взглянул на пять голубых яиц размером с кулак. На одном яйце блестела капелька влаги, и Вако аккуратно вытер ее пальцем. Но в следующее мгновение на скорлупе заблестела новая капля. Вако поднес руку к лицу и прикоснулся к щеке. Слезы. Старая хворь. Опять она до него добралась.

Откуда-то снаружи раздался чей-то голос: